Главная страница
qrcode

ФОРМИРОВАНие. Аммон Г. Динамическая психиатрия. Спб., 1995


Скачать 253.13 Kb.
НазваниеАммон Г. Динамическая психиатрия. Спб., 1995
АнкорФОРМИРОВАНие.pdf
Дата05.04.2017
Размер253.13 Kb.
Формат файлаpdf
Имя файлаFORMIROVANie.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#12461
Каталог
Психотерапия и медицинская психология явило следующие различия по 4 показателям положительную динамику совладающего поведения шкала копинг-стратегий (SVF), а именно улучшение показателей шкал активно- продуктивных копинг-стратегий Отвлечение от ситуации и Заместительное удовлетворение улучшение показателей шкалы Экспрессивно- навязчивого типа поведения в интерперсональ- ных отношениях – тест «Интерперсональных отношений улучшение показателей Незначительного Я – тест Шкала Нарциссизма»
(SN). Полученные результаты свидетельствуют об улучшении показателей совладающего поведения, коммуникативных навыков и улучшение показателей самооценки в группе пациентов участвовавших в театртерапии (экспериментальная группа, что в целом способствует повышению их потенциала адаптивности. В заключении отметим, что терапия театром по структуре своих целей направлена на коррекцию коммуникативных навыков пациентов, в частности на улучшение защитно-совладающего поведения, и должна занимать важное место в комплексном восстановительном лечении психически больных. Эта форма психотерапии выполняет эмоциональ- но-стимулирующую, релаксирующую роль, помогает больным сплотиться и почувствовать свою принадлежность к терапевтическому сообществу, а во многом и к обществу здоровых людей. Теат- ртерапия позволяет выйти на обсуждение глубинных психологических проблем, неосознаваемых мотивов поведения и деструктивных психологических защити тем самым способствует основной задаче психотерапии в клинике психически больных коррекции нарушений идентичности личности. Литература.
Аммон Г. Динамическая психиатрия. – СПб., 1995.
2. Вид В. Д Психоаналитическая психотерапия при шизофрении СПб., 1993.
3. Вильсон Г Психология артистической деятельности Таланты и поклонники / перс англ. – М. : «Когито-
Центр», 2001. – 384 с.
4. Кабанов ММ Психосоциальная реабилитация и социальная психиатрия. – СПб., 1998. – 255 с.
5.
Лейтц К Психодрама теория и практика. Классическая психодрама ЯЛ. Морено / перс нем. / общ. ред. и предисл. Е. В. Лопухиной и А. Б. Холмогоровой. – М. : Издательская группа Прогресс, «Универс», 1994. –
352 с.
6. Очерки динамической психиатрии. Транскультуральное исследование / под. ред. ММ. Кабанова, Н. Г. Незнано- ва. – СПб. : Интим. В. М. Бехтерева, 2003. – 438 с.
7.
Рудестам К Групповая психотерапия. Психокоррекци- онные группы теория и практика / перс англ. / общ. ред. и вступ. ст. Л. А. Петровской. – М. : Прогресс,
1990. – 368 с.
8. Психотерапия / под ред. Б. Д. Карвасарского. – СПб:
Изд-во Питер, 2000. – 544 с. ФОРМИРОВАНИЕ КОПИНГ-
СТРАТЕГИЙ У ПОДРОСТКОВ ПРИ ГЕМБЛИНГЕ Г. Г. Буторин,
1
НЕ. Буторина, Л. А. Бенько Челябинск 1
ГОУ ВПО Челябинский государственный педагогический университет, ГОУ ВПО Уральская государственная медицинская академия дополнительного образования Росздрава Резюме Данное исследование было направлено на изучение отношения между копинг-стилями, гемблинг- поведением и использованием психоактивных веществ среди подростков. Метод 187 учеников в возрасте 12—17 лет участвовали в анкетировании, интервьюировании и заполнили специальные опросники. Результаты чрезмерное увлечение азартными играми формирует патологические стили поведения, характеризующиеся эмоциональной неустойчивостью, замкнутостью, ориентированные на уход от действительности. Заключение результаты свидетельствуют о потребности у подростков с высоким риском гемб- линг-зависимости формировать более эффективные активные копинг-стратегии, чтобы минимизировать их негативный потенциал. Данные меры должны стать неотъемлемой частью профилактической работы в школе. Ключевые слова гемблинг и адаптивное поведение проблемы, связанные с азартными играми.
A b s t r a c t: This study explored the relationship be- tween coping styles, gambling behaviour and substance use amongst adolescents. Method: 187 students, aged 12 to 17, volunteered to participate and completed all scales. Results:
The results suggest that those youths who gamble exces- sively exhibit coping styles that are more emotion based, avoidant, and distraction-oriented. Conclusions: The re- sults suggest a need to teach high-risk youth more effective active coping strategies in order to minimize their potential for engaging in addictive behaviour. Such efforts should form a substantial part of school-based prevention initia- tives. K e y w o r d s: Coping and adaptive behaviours; gam- bling problems; adolescence Введение. Сегодня ни у кого не вызывает сомнения, что азартные игры стали популярным способом проведения досуга среди молодежи, которая вовлекается вовсе более расширяющийся их спектр. Несмотря на то что большинство подростков, осознавая основное предназначение игр – прежде всего это развлечение и отдых, не испытывают серьезных проблем и тем более зависимости от них, многие довольно быстро сталкиваются не только с серьезными финансовыми трудностями, но также с психологическими, социальными и юридическими проблемами. Есть серьезные причины предполагать, что увлечение азартными играми среди молодежи, подобно другим формам аддиктивного поведения, является многомерным феноменом, который содержит как биологические, таки психологические и социальные детерминанты, включая физиологическую предрасположенность, социальные и семейные стрессоры, психологические неблагоприятные факторы и индивидуальные характеристики личности подростка (Менделевич В. Д,
2006; Егоров А. Ю, 2006).
90
Сибирский вестник психиатрии и наркологии. 2009. № 1 (52) Некоторые зарубежные авторы указывают на то, что пристрастие к азартным играм приводит к множеству негативных психосоциальных последствий. Исследования J.
Derevensky (2002),
Stinchfield и Winters (2004) свидетельствуют, что патологические азартные игры среди подростков напрямую связаны с повышением уровня делин- квентного и криминального поведения, разрушением семейных ценностей и отношений, а также резким снижением академической успеваемости. Достаточное количество клинических наблюдений позволяет предположить, что такие подростки значительно хуже формируют адаптивное копинг- поведение, когда сталкиваются с ситуациями эмоционального напряжения или психотравмой
(Солдаткин В. А, Бухановский АО Сурнов КГ, Молчанов Ю. Ю, 2006; Wynne, Smith,
Jacobs, 1996; Gupta, Derevensky, 2000; Nower,
Gupta, Derevensky, 2004). Тем не менее работы, исследующие взаимосвязь между стрессом (или напряжением) и психопатологией у подростков, показали, что напряжение или стресс сами по себе еще недостаточны, чтобы объяснить полиморфные проявления психической патологии в более позднем возрасте. Более того, умение подростка справляться с неблагоприятной жизненной ситуацией, напряжением и стрессом может оказаться важным фактором снижения остроты проблем психического здоровья в дальнейшем. В этом контексте целесообразным для понимания психических нарушений в детском и подростковом возрастах представляется анализ копинг- процессов, которые вырабатываются в ответ на негативные воздействия. В этих случаях копинг- поведение и другие адаптивные формы поведения можно рассматривать как когнитивные и поведенческие стратегии, имеющие своей целью достижение удовлетворение) определенных внутренних и/или внешних требований. Кроме того, такие копинг-усилия резонно разделить нате, которые предназначены для воздействия непосредственно на стрессор (те. ориентированные на задачу или проблему и предназначенные регулировать эмоциональные состояния, связанные с негативными воздействиями стрессора (ориентированные на эмоцию. Так, копинг-усилия, ориентированные на эмоцию включают стратегии по типу размышления, мечтания и эмоциональные ответы на стресс в то время как копинг-усилия, ориентированные на задачу относятся к прямым, активным попыткам воздействовать на стресс- фактор либо поведением, действием и поступком, либо когнитивно, тес помощью переструктури- рования проблемы. В то время как копинг-усилия могут быть или
активными, или избегающими (пассивными, есть многочисленные свидетельства того, что поведение, выявляющее активную стратегию, включая осознание и решение проблемы, приводит к более положительным результатам (Четвериков Д. В,
2002; Compas, Malcarne, и Fondacaro, 1988;
Sandler, Tein, West, 1994). Напротив, использование эмоционально ориентированной стратегии избегания, ухода оказалось тесно связанным с более выраженными проблемами психического здоровья тревогой, беспокойством и соматическими проблемами (Ebata, Moos, 1991; Endler,
Parker, 1990; Sandler et al., 1994). Роль копинг-стратегии в развитии гемблинг- зависимости анализировалась многими авторами больше с эмпирических позиций. Blaszczynski,
McConaghy (1989) утверждали, что патологическая азартная игра лучше всего может быть кон- цептуализирована как дезадаптивная или неадекватная копинг-стратегия для борьбы с напряжением, стрессом и/или депрессией. Taber, McCormick,
Ramirez (1987) представили свидетельство, основанное на ретроспективном изучении 44 вероятных патологических игроков, что депрессия и тревожность чаще отмечалась утех, кто испытывал серьезные стрессогенные воздействия, по сравнению с теми, кто таких переживаний не испытал.
9 из 10 испытуемых сообщали о возникновении серьезных эмоциональных переживаний и стрессов, которые предшествовали началу формирования патологической азартной игры. McCormick
(1994) исследовал копинг-навыки 1 129 взрослых пациентов в процессе лечения их от токсикомании. Оказалось, что пациенты, страдающие как гемблинг-зависимостью, таки токсикоманией, отличались по своим копинг-навыкам от тех, у кого была диагностирована только химическая зависимость. Патологические игроки с коморбидной зависимостью от ПАВ демонстрировали более выраженные избегающие, дистанцирующие и конфронтирующие копинг-стратегии, которые можно было сравнить с импульсивными поведенческими паттернами аутичной личности. Устойчивые аддиктивные модели поведения подчеркивают важность копинг-процесса и дают все основания полагать, что индивидуумы, испытывающие недостаток в эффективных ситуативных копинг-ресурсах, имеют больше шансов вернуться к аддиктивному паттерну поведения. Исследования, посвященные этому вопросу, подтверждают существенную роль эффективных ко- пинг-стратегий (Marlatt, 1985; Myers, Brown, Mott,
1993; Brown et al., 1995). Если принять предположение, что чрезмерное увлечение азартной игрой фактически есть форма патологической адаптации, тогда понятно, почему подросткам с гемблинг-зависимостью необходимо вырабатывать альтернативные адаптивные ко- пинг-стратегии. Исследования последних лет показывают, что авторы стремятся расширить имеющиеся представления и опытным путем оценить, действительно ли копинг-стратегии и стили поведения подростков с патологическими зависимостями имеют принципиальные отличия. Актуальность таких исследований определяется тем, что от этих результатов будут зависеть в первую очередь принципы построения превентивных и профилактических мероприятий. Результаты и обсуждение. В исследовании приняли участие 187 учеников общеобразовательных средних школ в возрасте 12—17 лет,
91
Психотерапия и медицинская психология принимающих участие в тех или иных азартных играх. Опираясь на критерий частоты азартной игры и серьезность связанных с этим проблем (по
DSM-IV), все изученные подростки были отнесены в одну из четырех групп
Неигрок – это подростки, не играющее на деньги в течение прошедшего года. Социальный Игрок – подростки, играющее на деньги в течение прошлого года и подтверждающие максимум две связанных с азартной игрой проблемы. Проблемный Игрок – это те, кто регулярно участвует в азартных играх и связывает с этим не менее трех проблем. Вероятный Патологический Игрок – это подростки, отвечающие установленным критериям патологической азартной игры (более четырех проблем. В экспериментальных исследованиях было обнаружено, что большинство подростков (79,7 %) регулярно играют в азартные игры на деньги. Поведение подростков отвечало критериям патологической азартной игры по DSM-IV. Молодежь в возрасте 16—17 лет показала самые высокие уровни соответствия патологической азартной игре, из них 9,2 % отвечали критериям патологической зависимости. Это можно объяснить возможностью по достижению совершеннолетия легально играть на деньги (например, лотереи, игровые салоны, казино и т. д. Патологическая азартная игра связана с появлением определенных отрицательных последствий. В частности было обнаружено, что чрезмерная вовлеченность в игруна деньги приводит к появлению тех же проблем, что и у взрослых, включая большие долги, связанные с этим финансовые трудности, преступное поведение, и употребление психоактивных веществ. Стремление найти деньги любыми путями для продолжения игры становится самой главной заботой для подростков, которые являются регулярными игроками. Приблизительно 30 % юных вероятных патологических игроков сообщили о денежных кражах для азартной игры, среди социальных игроков их оказалось 2 %. Более чем 80 % вероятных патологических игроков, хронически проигрывая, не только не прекращали играть, нона- оборот увеличивали её интенсивность, что в конечном счете приводило к еще более серьезным денежно-кредитным проблемам. Можно утверждать, что проблемные и вероятные патологические игроки значительно более склонны к злоупотреблению табакокурением, алкоголем, наркотическими и лекарственными препаратами, чем неигроки. Эти результаты соотносятся с результатами других исследований, которые обнаружили высокую степень коморбидности между патологической азартной игрой и злоупотреблениями ПАВ (Spunt et al., 1995; Winters,
Anderson, 2000). Примечательно, что уровень прогулов подро- стков-игроков с серьезными проблемами (44,7 %) оказался намного выше, чем в среднем среди остальных сверстников (7,9 %). Более 75 % вероятных патологических игроков были постоянно озабочены планированием следующей игры. Полученные результаты свидетельствуют о том, что определенные дезадаптивные копинг- стили, связанные с чрезмерной вовлеченностью в азартные игры, могут помочь в понимании тех проблем, с которыми сталкиваются проблемные игроки. Вполне определенно можно утверждать, что патологические игроки тратят значительно больше эмоциональных усилий на выработку ко- пинг-стратегий, чаще оказывающихся малоэффективными, чем неигроки и социальные игроки вместе взятые. Вопреки ожиданиям не было отмечено никаких различий в копинг-навыках между проблемными игроками, неигроками и социальными игроками. То, что последние не достигают установленных критериев патологической азартной игры, возможно, объясняет тот факт, что их более здоровые копинг-реакции позволяют им не вовлекаться в аддиктивные формы игры. Резонно предположить, что копинг-реакции могут выполнять роль регулятора отношений между некоторыми факторами риска и развитием аддик- ции. Среди индивидуумов, которые испытывают физический и эмоциональный дистресс и отвечают на проблемные ситуации деструктивными действиями, может с большей вероятностью развиться какая-либо аддикция. С другой стороны, индивидуумы, которые склонны справляться с ежедневными проблемами и стрессорами в более конструктивной манере, могут избежать развития аддикции. Эти результаты имеют серьезное значение для развития профилактических программ и программ коррекции, а также открывают широкий простор для будущих исследований. Так, вероятно, было бы целесообразно, чтобы профилактические методы и коррекционные программы включали копинг-стратегии, предназначенные для расширения копинг-репертуара подростков. Заключение. Подростковый гемблинг сегодня представляет одну из главных проблем, которая продолжает проникать в наше общество все более активно и масштабно. Несмотря на то что понимание факторов, лежащих в его основе, остается недостаточным, многочисленные факты указывают на то, что гемблинг – явление многомерное, с многочисленными психосоциальными и средо- выми коррелятами. Очевидно, что необходимы дополнительные исследования, чтобы лучше понять как взаимодействуют определенные факторы риска, вызывая у индивидуума склонность к ад- дикциям, и более ясно идентифицировать теза- щитные факторы, которые могли бы максимально снизить риск формирования гемблинга и связанных с ним проблем. Литература. Егоров А. Ю Современная типология нехимических аддикций // Молодое поколение XXI века : акт. пробл. социально-психол. здоровья : материалы III Междунар. конгр. – Казань, 2006. – С. 45—47.
2.
Менделевич В. Д. Возрастная аддиктология // Молодое поколение XXI века : акт. пробл. социально- психол. здоровья : материалы III Междунар. конгр. – Казань, 2006. – С. 4—5.
3.
Солдаткин В. А, Бухановский О. А Патологический гемблинг: подход к дефиниции // Совр. принципы те
Сибирский вестник психиатрии и наркологии. 2009. № 1 (52) рапии и реабилитации психически больных. – МС.
Сурнов КГ, Молчанова Ю. Ю Игровая зависимость как форма культурной патологии // Совр. принципы терапии и реабилитации психически больных. – МС. Четвериков Д. В Психологические механизмы и структура аддиктивного поведения личности : авто- реф. дис… д. п. н. – Новосибирск, 2002. – 45 с.
6.
Brown S. A., с P. W., Patterson Т. L., Grant I. Stress, vulnerability and adult alcohol relapse // J. Studies on
Alcohol. – 1995. – Vol. 56. – P. 538—535.
7. Compas В. E., Malcarne V. L., Fondacaro КМ. – P. 405—411.
8. Derevensky J., Gupta R. Prevalence estimates of adoles- cent gambling A comparison of SOGS RA, DSM IV-J, and the GA 20 Questions // J. Gambling Studies. – 2000. –
Vol. 16. – P. 227—252.
9.
Derevensky J. Adolescent gambling problems. Prevention and treatment implications // J. E. Grant, M. N. Potenza
(Eds.). Understanding and treating pathological gambling. –
Washington : DC APPI Press, 2002.
10. Ebata A. T., Moos, R. H. Coping and adjustment in dis- tressed and healthy adolescents // J. Applied and Devel- opmental Psychology. – 1991. – Vol. 12. – P. 33—54.
11. Endler N. S., Parker J. D. Coping Inventory for Stressful
Situations (CISS) Manual Toronto. – Canada : Multi-Health
Systems, 1990.
12. Gupta R., Derevensky J. L. Adolescent gambling behavior:
A prevalence study and examination of the correlates as- sociated with problem gambling // J. Gambling Studies. –
1998. – Vol. 14. – P. 319—345.
13. Marlatt G. A. Relapse prevention: Theoretical rationale and overview of model // G. A. Marlatt, J. R. Gordon. (Eds.).
Relapse prevention. – New York : Guilford Press, 1985. –
P. 3—70.
14. Myers M. G., Brown S. A., Mott M. A. Coping as a predic- tor of adolescent substance abuse treatment outcome // J.
Substance Abuse. – 1993. – Vol. 5. – P. 15—29.
15. Nower L., Gupta R., Derevensky J. The relationship of impulsivity, sensation seeking, coping and substance use in youth gamblers // Psychology of Addictive Behaviors. –
2004. – Vol. 18. – P. 49—55.
16. Sandier L., Tein J., West S. Coping, stress, and the psy- chological symptoms of children of divorce: A cross- sectional and longitudinal study // Child Development. –
1994. – Vol. 65. – P. 1744—1763. ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ

АЛЕКСИТИМИИ В РАКУРСЕ ФАКТОРНОГО АНАЛИЗА В. Я. Семке, ЕЮ. Брель, И. Я. Стоянова Томск, ГУ НИИ психического здоровья ТНЦ СО
РАМН Резюме В статье рассматривается проблема выраженности алекистимии в структуре практически здоровой личности. Представленные материалы экспериментального исследования позволяют определить основные факторы развития алекситимических черти общие закономерности их формирования в рамках психологической модели.
FACTORS OF ALEXITHYMIA DEVELOPMENT IN STRUC-
TURE OF PRACTICALLY HEALTHY PERSONALITY.
V. Semke, E. Brel, I. Stoyanona. A b s t r a c t: This articleis devoted to the problem of alexithymia display in the structure of practically healthy personality. The given materials of experi- mental researches us to determine the main factors of alexithymia features development and common rules of its for- mation. Актуальность исследованияалекситимии, начиная с выделения дефиниции, причин формирования, а также участия в патогенезе психосоматических заболеваний, обусловлена стремлением исследователей обнаружить некий специфический механизм, провоцирующий нарушение психического и, как следствие, соматического здоровья человека. В результате концепция алексити- мии, предложенная J. C. Nemiah, P. E. Sifneos
(1973), заняла прочное место среди фундаментальных теоретических моделей возникновения психосоматических расстройств. Выделяются и психологические подходы изучения алекситимии
[1, 2, 3, 4]. Экспериментальное исследование основных факторов формирования алекситимии проводилось в группе практически здоровых индивидов. Выборка включала 505 чел. в возрасте от 12 до 20 лет. В качестве методов психодиагностики использовались Торонтская шкала алекситимии, тест-опросник А. Баса и А. Дарки, тест-опросник
К.
Леонгарда, тест-опросник способности к эмпа- тии ИМ. Юсупова, шкала тревожности Дж. Тейлор и тест-опросник Г. Айзенка. Диагностика алекситимии по Торонтской шкале позволила зафиксировать высокую степень выраженности данной характеристики у 36,7 % испытуемых, низкую степень выраженности – у 29,4 %. Остальные 33,9 % составили промежуточную группу. Структуру алекситимических составляющих по всей выборке рассматривали с помощью факторного анализа образов с косоугольным вращением промакс. Эмпирически обнаружено, что 32 параметра можно сгруппировать в 8 смысловых факторов, объясняющих 60 % всей возможной дисперсии смыслов.
93

перейти в каталог файлов


связь с админом