Главная страница
qrcode

Антон Медведев Иллюзион Глава первая


НазваниеАнтон Медведев Иллюзион Глава первая
Дата10.08.2019
Размер2.82 Mb.
Формат файлаrtf
Имя файлаMedvedev_Anton__Illyuzion_-_royallib_ru.rtf
ТипДокументы
#64261
страница33 из 34
Каталог
1   ...   26   27   28   29   30   31   32   33   34
* * *


Теперь, когда с ним были Каар и Кира, Волох чувствовал себя гораздо увереннее. Да, они не могут наводить галлюцинации. Но их сила будет незримо влиять на ход дела, способствуя победе. А если надо, они шагнут и под пули…

Это не так сложно — когда знаешь, что и как делать. Не прошло и минуты, как в фойе резиденции Харама раздались крики, послышались несколько выстрелов. Затем двери здания распахнулись, на улицу начали выбегать обезумевшие от ужаса охранники. Над ними вились полчища летучих мышей, бегущих людей рвали зубами огромные злобные псы. Когда из фойе выбежал последний боец, Волох первым вошел в распахнутые двери, от него ни на шаг не отставал Алексей, горящий желанием смыть с себя позор предательства. Следом ворвались его люди, последними вошли Каар и Кира.

Фойе было пусто. Один из бойцов автоматной очередью разнес замок двери, затем открыл ее и тут же отскочил в сторону, испугавшись рванувшихся вперед черных псов.

— А где Волох? — спросил боец, озадаченно глянув вокруг.

— Он уже там, — заверила его Кира, указав вперед. — Просто ты его не видишь. Не высовывайся пока.

Послышались автоматные очереди — охранявшие лестницу бойцы Харама расстреливали бросившихся на них псов. Затем один из них вдруг охнул и согнулся, второй свалился от сильного удара в лицо.

Над поверженными бойцами Харама появился Волох.

— За мной! — позвал он.

Им надо было попасть на крышу, поэтому главной целью стала лестница. И снова Волох шел первым, пустив впереди себя иллюзорных солдат: два облаченных в камуфляж и до зубов вооруженных бойца ловко поднимались по ступенькам, готовые в любую секунду открыть огонь. Вот опять раздались выстрелы, Каар охнул и схватился за руку — его задело срикошетившей от стены пулей.

— Пустяки, — успокоил он Киру. — Не страшно…

Иллюзорные бойцы, «пораженные» выстрелами, упали, на смену им тут же появились новые. Волох, шедший впереди всех, снова исчез, просто растворившись в воздухе. Засевший на втором этаже охранник продолжал стрелять, не жалея патронов, рикошетившие от стен пули представляли серьезную опасность. Затем стрельба неожиданно смолкла, Алексей и его бойцы бросились вверх по лестнице.

— Мы движемся слишком медленно, — заявил Волох, стоя над телом охранника и сжимая в руке окровавленную шпагу — все это время она скрывалась в его трости. — Быстрее!

На этот раз маг пустил вперед стаю летучих мышей. Послышались крики, потом снова зазвучали выстрелы. Стреляли главным образом бойцы Алексея. Им удалось уничтожить двух охранников, стало тихо.

— Вперед! — вновь поторопил Волох.

Так они и поднимались: сначала летучие мыши и псы, за ними иллюзорные бойцы, принимавшие на себя основной огонь. Пока охранники Харама стреляли по иллюзиям, Волох, пользуясь своей невидимостью, подбирался к ним и пускал в ход шпагу. Шедшие следом Алексей и его люди расстреливали тех, кто еще оказывал сопротивление.

А на пятом, последнем этаже, настал момент, когда вперед пришлось пойти Каару. Кто-то из охранников догадался использовать информацию с видеокамер: засевшие наверху бойцы не стреляли по иллюзиям, но как только по лестнице начал подниматься невидимый для них Волох, тут же открыли огонь. Мага спасло лишь то, что охранники стреляли наугад, вслепую, слушая передаваемые им по рации команды засевшего где-то оператора — Волох был виден только на экране монитора.

— Давайте я? — предложил Алексей, понимая, что у них нет времени и кто-то должен рискнуть.

— Я пойду, — остановил его Каар, уже успевший вооружиться автоматом. — У тебя жена и дочь. А если убьют Волоха, то кто остановит Харама? — Он глубоко вздохнул и рванулся вперед.

Загрохотали выстрелы. Стреляли охранники, стрелял Каар. Ему удалось добраться до площадки пятого этажа и убить двоих из трех бойцов, последнего заколол подоспевший Волох.

Каар сидел, привалившись спиной к лестничным перилам, его грудь была в крови.

— Оставь… — прошептал он склонившейся над ним Кире. — Торопитесь…

Его глаза закрылись, Кира осторожно опустила его на пол. Он был мертв.

К ведущей на крышу лестнице первыми подошли Алексей и его бойцы. От попытки Киры остановить его он отмахнулся.

— Я должен! — сказал Алексей и начал подниматься. Добрался до двери, распахнул ее сильным ударом ноги и выскочил наружу. Следом вывались его бойцы, за ними появились Волох и Кира. И остановились…

Все было залито пульсирующим красным светом. Но там, где должны были находиться Харам и Даша, не было никого. Свет исходил от трех красных лампочек, установленных на вращающейся подставке — скорее всего, эту цветомузыкальную установку принесли из какого-то танцевального клуба. По полу змеились провода, чуть в стороне стоял ноутбук, управляющий этой аппаратурой.

— О господи! — прошептала Кира. Но взгляд ее был направлен не на вращающиеся лампочки, а куда-то в сторону. — Смотрите!

Рука женщины указывала вдаль. Волох посмотрел в ту сторону и помрачнел.

В нескольких километрах от них, над крышей обычной панельной высотки, разгоралось багровое зарево. Присмотревшись, можно было разглядеть, что свет исходит от вращающегося огненного кольца. Из его центра вверх, к низкому грозовому небу, вытягивался извивающийся светящийся шнур. Вот он достиг облаков, затем начал разрастаться вширь, постепенно превращаясь в огромную огненную воронку.

— И что это значит? — очень тихо спросил Алексей.

— Это значит, что мы проиграли, — мрачно ответил Волох.

* * *


Тоннель, по которому они уходили, оказался по колено затоплен водой. Но Харама это не смущало: придерживая одной рукой шкатулку с элатриумом, а в другой сжимая фонарик, он уверенно пробирался вперед, то и дело поторапливая идущую рядом с ним Дашу.

— Все будет прекрасно! — заявил он ей, когда девушка в очередной раз обо что-то споткнулась и едва не упала. — Осталось совсем немного!

— Зачем все это, Харам?.. — всхлипнула она. — Ведь было так здорово…

— А будет еще лучше! — пообещал он. — Вперед, уже недалеко…

Прошло около получаса, прежде чем они наконец-то выбрались из тоннеля. Харам закрыл канализационный люк, через который они вылезли, Даша неуверенно огляделась — это было грязное, заваленное разным хламом подвальное помещение.

— Сюда… — позвал маг.

Метров двадцать пришлось идти вдоль каких-то труб, затем впереди показался свет, пробивавшийся из приоткрытой двери. За ней оказалась лестница. Поднялись по ступенькам, девушка увидела на стене почтовые ящики и поняла, что находится в подъезде многоэтажного дома. Но когда попыталась пойти к входной двери, Харам ее остановил.

— Не туда, — сказал маг и ухватил ее за руку. — Наверх…

Пока поднимались на лифте, Харам думал о том, что сейчас происходит в его доме, и злорадно улыбался. Глупцы, они и есть глупцы. Перебьют кучу народа, и все только для того, чтобы в очередной раз расписаться в собственном идиотизме. Зря Волох с ним связался. Ох, зря…

Когда вышли из лифта, маг потянул Дашу к ведущей на крышу лестнице.

— Туда…

Он без всякого труда сорвал навесной замок, распахнул люк. Подтолкнул девушку.

— Лезь!

Подождав, пока Даша вылезет на крышу, выбрался следом, захлопнул люк. Поправил заткнутый за пояс посох Ра — пусть только кто-нибудь посмеет сюда сунуться.

Было темно и ветрено, с низкого неба срывались капли дождя. Даша куталась в свою кожаную курточку, ей явно было страшно.

— Сюда, моя королева! — Маг потянул девушку за собой.

— Харам, я не хочу… — Она попыталась вырваться. — Отпусти меня!

— В самом деле? — усмехнулся Харам. — Поздно, милая… Поставив на пол шкатулку, он подошел к телевизионной антенне, сильным толчком сбил Дашу на колени.

— Оставь меня, урод! — закричала она и вновь попыталась вырваться. — Отпусти, я сказала!

Вместо ответа маг ударил ее наотмашь по лицу, потом усадил спиной к антенне, заломил руки назад и сковал их наручниками.

— Вот так вот, красавица… — произнес он. Сунув руку в карман, извлек красный фломастер, нагнулся к девушке. Ухватив Дашу за горло, нарисовал у нее на лбу какой-то знак, затем отошел в сторону.

— Тварь, негодяй!.. — ругалась Даша, отчаянно мотая головой и тщетно пытаясь освободиться. — Отпусти меня сейчас же! Мне не нужны твои миры, я не хочу никуда с тобой идти! Не хочу, слышишь?!

— Разве я сказал, что ты пойдешь со мной? — наигранно удивился Харам. — Я всегда говорил тебе, что мы отправимся в другие миры. И мы отправимся в них — только я в один, а ты, милая, совсем в другой. Очень скоро ты убедишься, что ад действительно существует… — Он подошел к шкатулке, опустился на колени. Осторожно откинул крышку.

— Вот я и дождался! — проникновенно произнес маг. — Три тысячи лет я ждал этого мига. Три тысячи лет, понимаешь?! — Он посмотрел на Дашу. — Да разве можешь ты это понять…

Харам вновь взглянул на элатриум, затем коснулся его ладонью.

— Эл-ат-раам! — нараспев произнес он. Золотой шар щелкнул и раскрылся на три лепестка.

— Замечательно! — прошептал Харам. Взяв Ключ, вложил его в гнездо на одном из лепестков, затем точно так же поступил с двумя другими Ключами. Элатриум тихо загудел.

— Вот оно! — прошептал маг, поднимаясь на ноги. Черты его лица обострились, глаза восторженно горели.

Ключи уже не лежали в предназначенных для них гнездах. Они медленно приподнялись и разошлись в стороны ровным треугольником. Потом начали двигаться по кругу, постепенно разгораясь, это вращение сопровождалось тихой музыкой. Сначала она была едва слышна, потом зазвучала громче.

Непонятно было, где находится ее источник — казалось, звучал сам воздух. Музыка напоминала перезвон сотен разноголосых колокольчиков, но в этой какофонии были своя гармония, свой ритм. И с каждой секундой этот ритм чувствовался все отчетливее.

Лежавший в шкатулке Золотой шар светился ослепительным алым светом. Ключи поднялись на высоту нескольких метров и теперь быстро кружились, образовав яркий светящийся круг. Зрелище было очень красивое — и страшное. Даша снова отчаянно задергалась, закричала.

— Кричи, кричи! — поддержал ее маг. — Теперь можно! Пусть все слышат — скоро этот проклятый город содрогнется от воплей и стонов! Эту ночь запомнят на века, на тысячелетия. А именем моим будут путать непослушных детей!

Ключи вращались все быстрее. Музыка стихла, теперь вибрировало само пространство. Из центра вращающегося огненного круга к небу начала тянуться тонкая огненная змейка.

— Вот оно! — прошептал Харам, запрокинув голову и глядя в небо. — Ну же, быстрее!

Извивающаяся огненная змейка достигла туч и начала разрастаться вширь. Прошло еще несколько секунд, и она превратилась в светящийся вихрь.

— Я чувствую его… — прошептал Харам, не отрывая взгляда от расползающегося над Москвой огненного вихря. — Чувствую!

— Не надо! — забилась в истерике Даша. — Прекрати!

Харам ее не слушал. Он стоял, глядя в небо, его освещенное багровым светом лицо было исполнено восторга. Вот он медленно поднял руки, потряс сжатыми кулаками.

— Свершилось! — произнес маг и раскатисто засмеялся.

* * *


Было совершенно невыносимо просто стоять и ждать, зная, что там, в том здании, в эти минуты решается судьба миллионов. Да и наша тоже: сумей Харам совершить задуманное, и шансов на спасение не будет ни у кого.

Внутрь Волоху, Кире, Каару и Алексею с его бойцами удалось войти довольно легко, затем до нас донеслись приглушенные звуки автоматных очередей. Свечение на крыше медленно разгоралось.

— Успеют? — взглянула на меня Настя.

— Не знаю… — тихо ответил я.

Прошло еще несколько минут, когда Лена тронула меня за рукав.

— Андрей… — позвала она. — Посмотри, что это?

Она указывала куда-то в сторону. Я перевел взгляд, и вздрогнул — там, вдали, над крышами домов к небу тянулась извивающаяся огненная змейка.

— Это то, что я думаю? — спросила Катя.

— Может быть… — ответил я. — Но тогда что там? — Я указал на крышу резиденции Харама, где по-прежнему мерцал багровый свет.

— Ловушка для идиотов, — произнес Виктор. — Нас снова обвели вокруг пальца. Быстрее в машину!

— А Волох и остальные?! — воскликнула Ольга.

— У нас нет времени, — ответил я.

Виктор занял водительское место, я сел рядом. На колени ко мне забралась Настя — на заднем сиденье места уже не хватало. Взвизгнув шинами, джип рванулся с места, меня вжало в спинку сиденья. Не соблюдая никаких правил, Виктор прямо через тротуар выехал на дорогу и погнал машину туда, где над домами все ярче разгоралось багровое зарево.

Это оказалась уже знакомая нам высотка — та самая, в подвале которой находился вход в потайной тоннель. Виктор остановил машину, мы бросились к подъезду.

Над домом уже вращался огромный огненный вихрь, несколько человек на улице стояли и смотрели в небо, задрав головы.

— Лазерная иллюминация, — тоном знатока заявил один из стоявших.

— Красиво! — отозвался восторженный женский голос.

У нас не было времени что-либо объяснять. Виктор открыл кодовый замок подъезда, я распахнул дверь. Только бы успеть…

Лифт был где-то наверху. Те секунды, которые он полз вниз, показались мне самыми долгими в жизни. Наконец двери открылись, мы торопливо зашли в кабинку. Я нажал кнопку верхнего этажа.

У меня не было ни малейшего представления о том, как мы остановим Харама. Но это надо было сделать любой ценой.

Больше всего я боялся, что выход на крышу окажется заперт или завален. К счастью, мои ожидания не оправдались — наверное, Харам был абсолютно уверен в том, что помешать ему теперь никто не в силах. Я первым забрался по узкой металлической лесенке к люку, открыл его. Осторожно выглянул наружу.

И сразу увидел Харама — маг стоял, запрокинув голову и протянув руки к небу, над ним вращалась огненная воронка. Рядом, прикованная к основанию телевизионной антенны, билась в истерике Даша, отчаянно пытаясь освободиться.

У нас не было времени на то, чтобы придумывать план атаки. Поэтому я просто выскочил из люка и бросился к Хараму — до него было не больше двадцати метров. Но и не меньше: я не успел добежать и до половины, когда Харам вдруг повернул голову и взглянул на меня, наши взгляды встретились.

Выхватив пистолет, я на бегу дважды выстрелил в мага. Знал, что это ему не повредит, но ничего иного сделать просто не мог. О том, чтобы выстрелить в Дашу, я даже не думал — все мое внимание в эти секунды было приковано к Хараму. Он был моим врагом — не она.

В ответ на выстрелы маг выхватил из-за пояса и направил на меня странный металлический жезл. Осознав, что эта железяка в его руках таит опасность, я рывком метнулся вправо. И очень вовремя: с конца жезла сорвалась молния, сверкающий луч прошел там, где я только что стоял.

Уйдя от первого выстрела, я невольно упал на колено — просто не смог удержаться на ногах. Харам снова прицелился в меня, уклониться от второго выстрела я уже не успевал. Но в последнее мгновение жезл в его руках вдруг подкинуло, огненный луч прошел у меня над головой.

Это могла сделать только Настя: сжав зубы от ненависти, Харам ухватил жезл двумя руками, направил его на девушку. С конца жезла сорвалась очередная молния.

Я не успел дойти до Харама каких-то пять — семь метров. Сделать я ничего не мог, мне оставалось только повернуть голову и проводить молнию взглядом.

Настя была обречена — я это просто знал. Но все получилось иначе: за мгновение до выстрела Виктор рванулся к Насте и оттолкнул ее в сторону, но сам уйти уже не успел. Огненный луч ударил его в грудь, Виктор охнул и рухнул на колени.

— Вот и все… — прошептал он и повалился лицом вниз.

Закричав, я бросился на Харама и вцепился в жезл, не давая магу сделать очередной выстрел. Несколько секунд мы вырывали его друг у друга из рук, я чувствовал, что силы стремительно тают. Харам смотрел мне в глаза, я понимал, что его взгляд несет смерть. С огромным трудом оторвался от ненавидящих глаз мага, посмотрел на стоявшую рядом шкатулку. После чего просто пнул ее, вложив в этот удар весь остаток сил.

Удар пришелся вскользь, но этого оказалось достаточно: шкатулка опрокинулась, сияющий шар вывалился и покатился по крыше, быстро тускнея. Тут же начали падать и Ключи, жужжа, как рассерженные шмели.

Подскочивший Олег с ходу ударил Харама рукоятью пистолета в лицо, потом бросил бесполезное оружие и повис на плечах у мага. Катя с остервенением вцепилась Хараму в волосы. Ольга торопливо подхватила Золотой шар, Лена бросилась подбирать Ключи.

Увидев, что происходит, Харам зарычал, как раненый зверь, попытался стряхнуть нас с себя.

— Ольга, беги! — закричал Олег. — Уноси шар!

— Раздавлю!!! — прохрипел Харам и нечеловеческим усилием разбросал нас в стороны. Олег упал, Катя тоже оказалась на полу с клочьями черных волос в руках. Мне удалось удержаться на ногах, но ненадолго — Харам с размаху ударил меня жезлом. В глазах потемнело, я упал. С остервенением пнув меня, маг прицелился в убегающую Ольгу.

И снова ему помешала Настя: стоя чуть в стороне и вытянув руки, она своей силой отвела жезл, огненный плевок ушел в небо. С ненавистью взглянув на девушку, Харам взмахнул рукой, Настю отбросило в сторону и ударило о вентиляционную трубу. Потеряв сознание, девушка упала на пол.

Ольга уже спускалась в люк. Увидев, что она вот-вот унесет Золотой шар, Харам торопливо выстрелил в девушку, но промахнулся — луч лишь слегка опалил ей волосы. Следующий выстрел ему не дал сделать Олег: уже успев подняться на ноги, он прыгнул на Харама и ухватился за жезл, потом ударил мага коленом. Ольга скрылась в люке, следом за ней с Ключами в руках спустилась и Лена.

Все это я наблюдал как в тумане — зрение плыло, в ушах стоял тягучий звон. Попытался приподняться и тут же завалился на бок. Снова попробовал встать, понимая, что в одиночку Олегу с Харамом не справиться.

Наверное, это были самые страшные секунды. Я знал, что должен ему помочь, и не мог этого сделать — ноги не держали меня.

На помощь Олегу вновь пришла Катя: подскочив, она прыгнула на Харама сзади, обхватила за шею и повисла на нем. Разъяренная, с растрепанными волосами, в эти мгновения она напоминала самую настоящую ведьму.

Захрипев, маг ударил ее локтем — Катя удержалась. Тогда он с диким воплем крутанулся на месте, в очередной раз расшвыряв своих врагов.

Он снова был свободен, но этих кратких секунд мне хватило на то, чтобы суметь подняться на ноги. Пошатываясь, я шагнул к Хараму и вновь уцепился за жезл — не столько отнимал оружие, сколько держался за него, чтобы не упасть. Я не мог одолеть мага, но выигрывал драгоценные секунды — знал, что Ольга и Лена сейчас спускаются, унося элатриум.

Это хорошо понимал и наш противник: зарычав от ненависти, он изо всех сил рванул жезл, мои пальцы разжались. Сумев удержаться на ногах, вновь шагнул к Хараму — и получил страшный удар в лицо…

Наверное, я на пару секунд даже потерял сознание, так как не помнил, как оказался на полу. Открыв глаза, увидел отчаянно борющегося с Харамом Олега. Катя стояла рядом на четвереньках — очевидно, сил подняться у нее уже не было. Вот она зубами вцепилась магу в ногу, Харам закричал и сильным пинком отшвырнул девушку прочь. Потом сумел оттолкнуть Олега, два раза подряд ударил его жезлом по голове. Ноги Олега подогнулись, он упал. Я начал подниматься, Харам повернулся ко мне и приподнял жезл.

Это был конец — я понимал, что не в состоянии ничего сделать. Олег не шевелился, Катя сидела, не в силах подняться, по ее лицу текла кровь. Больше Хараму помешать было некому.

Мне оставалось жить считаные мгновения, но в этот момент раздался поистине оглушительный грохот, совпавший с ослепительной вспышкой. Меня сбило с ног, несколько секунд я не мог понять, жив я или мертв, перед глазами плавали светящиеся круги. Затем зрение начало проясняться, я разглядел лежащего Харама. Его тело дымилось, рядом валялся оплавленный жезл.

Только теперь я начал понимать, что произошло. Медленно повернул голову — и встретился глазами с Настей. Она сидела у вентиляционной трубы, лоб девушки был рассечен. Если кто и мог сотворить попавшую в Харама молнию, то только она.

Стало очень тихо, затем в наступившей тишине отчетливо прозвучали слова Даши:

— Отпустите меня… — всхлипнула она. — Пожалуйста… Мне было не до нее. С трудом поднявшись на ноги, помог встать Кате — ее немного оглушило ударом молнии. Подошел к Олегу, осторожно перевернул его.

— Живой?

Олег открыл глаза. Несколько секунд смотрел на меня, потом шевельнул губами.

— Еще не знаю…

Волосы на его голове слиплись от крови. Олегу здорово досталось, но он был жив. Я перевел взгляд на неподвижно лежащего Виктора, вспомнил о попавшем ему в грудь луче. И понял, что уже ничем не могу помочь…

Настя, прихрамывая, подошла к нам, я взял ее за руку. Потом посмотрел на дымящееся тело Харама. Убит?

Моим надеждам не суждено было сбыться: Харам шевельнулся, медленно сел. Оглядевшись, взял жезл, поднялся на ноги. Его одежда еще дымилась, но на теле уже не было и следа от ожогов. Оглядев испорченное оружие, маг небрежно отшвырнул его в сторону, взглянул на Настю.

— Тебе не помогут и все молнии мира, — холодно сказал он. — А теперь вы все умрете.

В глазах мага я уловил решимость покончить с нами раз и навсегда. Но в тот момент, когда я уже собирался вновь броситься на него, Харам неожиданно остановился, потом отступил на шаг назад. И смотрел он в эти секунды уже не на нас, а на кого-то за нашими спинами.

— Ты проиграл, Харам, — услышал я хорошо знакомый мне голос— Все кончено.

Я обернулся — в двух шагах позади меня стоял Волох. Он был не один — я видел, как Кира склонилась над Виктором, в ее руках блеснул Ключ. Здесь же находились и наши девушки: Ольга бросилась ко все еще лежащему Олегу, Лена стояла рядом с Волохом, держа в руках Золотой шар.

— Волох… — прошипел Харам. — Ну почему, почему ты все время встаешь у меня на пути?!

— Потому что кто-то должен это делать, — ответил маг.

— Я все равно доберусь до тебя — помяни мое слово! — Харам вдруг подпрыгнул, выскользнул из одежды и превратился в огромную уродливую птицу. Птица взмахнула крыльями, попыталась подняться выше. И тут же, послушная мановению руки Волоха, упала, тяжело ударившись о крышу.

— Тебе не сбежать от меня, — заявил Волох и взял из рук Лены Золотой шар. Подойдя к корчившейся на полу полуптице-получеловеку и держа Сердце элатриума в левой руке, коснулся правой ее уродливой головы и произнес несколько непонятных слов. Золотой шар в его руке начал испускать красивый зеленоватый свет, на наших глазах Харам снова превращался в человека. Вот Золотой шар потускнел, Волох вернул его Лене. Харам, нагой и дрожащий, медленно выпрямился, приходя в себя.

— Что, убьешь меня? — холодно усмехнулся он. — Или снова запрешь в каменный гроб?

— Ни то, ни другое, — покачал головой Волох. — Ты умрешь сам, когда придет твое время. Теперь ты самый обычный человек. Такой же смертный, как и все остальные.

В лице Харама что-то дрогнуло. Он явно попытался применить какое-то из своих магических умений — и не смог.

— Будь ты проклят… — прошептал лишившийся силы маг и скрипнул зубами. — Ненавижу тебя!

— Я это знаю, — кивнул Волох. — Можешь говорить все, что сочтешь нужным. И прикройся — здесь дамы.

Несколько секунд Харам стоял, тяжело дыша и зло глядя на нас, потом медленно нагнулся, подобрал свою одежду и начал одеваться.

Подошла Кира.

— Жив? — с надеждой спросил у нее Волох, взглянув на неподвижно лежащего Виктора.

— Да, — ответила Кира. — Еще немного, и мы бы опоздали. Он уже не умрет, но с ним должен поработать ты. Для меня это слишком сложно.

Волох хотел что-то ответить, но не успел — неторопливо застегивавший пуговицы рубашки Харам вдруг прыгнул и схватил Настю. Его прыжок был таким стремительным и внезапным, что никто не успел ему помешать. Настя вскрикнула, Харам подтащил ее к краю крыши и остановился, повернувшись к нам.

— Говоришь, умру, как все смертные? — с дьявольской усмешкой спросил он, прижимая Настю к себе и глядя на Волоха. — Как бы не так… Верни мне шар и два моих Ключа, и я отпущу ее. Потом уйду, для нас с тобой ничего не изменится. Ну! — Он сделал шаг назад, к краю крыши.

— Нет, — твердо сказал Волох. — Отпусти ее, и я позволю тебе уйти. Но элатриум ты не получишь.

— Глупец! — Харам зло усмехнулся. — Неужели ты думаешь, что я буду цепляться за эту жалкую жизнь? Последний раз предлагаю — отдай то, что принадлежит мне, и она будет жить!

— Отпусти ее, — попросил я, глядя Хараму в глаза. — Зачем она тебе?

— Чтобы было не так одиноко… Не отдашь? — Он снова посмотрел на Волоха.

— Нет.

— Да будет так! — согласился Харам. Его глаза блеснули, губы скривились в усмешке. — До встречи в аду!

— Стой! — крикнул я и бросился к нему, но изменить уже ничего не мог — Харам сделал шаг назад, перевалился через невысокое ограждение и вместе с Настей исчез в темноте.

Это было страшно. Уже понимая, что произошло непоправимое, я опустился на колени, перегнулся через бортик и глянул вниз. Может, ей удалось за что-нибудь зацепиться?

Появившаяся у меня призрачная надежда тут же и исчезла — на тротуаре, освещенные тусклым светом уличного фонаря, лежали две неподвижные фигуры.

— О боже… — прошептала подбежавшая Катя, с отчаянием глядя вниз. — Что же это?

— Проклятье! — услышал я позади полный боли голос Волоха. — Это моя вина.

— Может, она еще жива? — робко предположила Катя. Взглянула на Волоха: — Помогите ей! Вы же можете!

Я уже не слушал их — подскочил к люку, спустился в него и побежал вниз, не чуя под собой ног.

Настя и Харам лежали рядом, маг так и не отпустил девушку. Подбежав, я опустился на колени, взял ее за руку.

— Настя…

Она не ответила. Ее глаза были закрыты, под головой расползалось темное пятно. Я попытался нащупать пульс — и не смог…

— Жива?.. — услышал я над ухом голос Волоха.

— Нет… — тихо ответил я.

— Подвинься! — Маг бесцеремонно оттолкнул меня в сторону, опустился на колени. В его руках мелькнул золотой шарик.

Верил ли я в то, что он сможет оживить Настю? Не знаю. Я просто молча смотрел за тем, что он делает, боясь спугнуть своей надеждой тот призрачный шанс, который, возможно, еще оставался.

Волох колдовал над безжизненным телом Анастасии. Ее глаза оставались закрытыми, дыхания не было. Я смотрел на нее и не мог понять, как же так получилось, как я мог не уберечь ее?

Маг продолжал водить золотым шариком над телом девушки, что-то негромко бормоча, а результата все не было. Я уже начал отчаиваться, и вдруг Настя тихонько кашлянула. Я вздрогнул, схватил ее за руку. Девушка застонала.

— Не мешай! — шикнул на меня Волох. — Еще не все… Снова потянулись томительные минуты. Я продолжал держать Настю за руку, в какой-то момент ее пальцы сжались. По моим щекам поползли слезы — жива…

А потом она открыла глаза, я слышал, как рядом тяжело вздохнул Волох.

— Успели…

— Что-то случилось?.. — прошептала девушка, наши взгляды встретились.

— Все в порядке, Настя… — сказал я и отвел с ее лица прядь окровавленных волос— Все в порядке…

— Отнеси ее в машину, — велел маг. — Она не сможет идти сама, потеряла много крови.

— Кровь?.. — Настя приподнялась, увидела рядом тело Харама. Взглянула на залитый кровью тротуар, потом коснулась головы — волосы на ее затылке слиплись от крови.

— Пошли, Настя… — Я поднял ее на руки. — Все теперь будет хорошо.

— Его тоже будете воскрешать? — спросила Катя, указав на Харама.

Я не видел, когда она пришла. Теперь же понял, что рядом, кроме нее, стоит и Лена. Не было только Ольги и Киры — они остались наверху с Олегом и Виктором.

Вместо ответа Волох коснулся шеи Харама. Несколько секунд к чему-то прислушивался, потом медленно поднялся.

— Элатриум не может воскрешать мертвых, — сухо сказал он.
Эдуарда похоронили на маленьком сельском кладбище. Элатриум, вернувший к жизни Настю и Виктора, в его случае помочь уже не мог — мага нашли мертвым в подвале резиденции Харама, он был убит выстрелом в голову. Ольга очень переживала гибель учителя, еще тяжелее пришлось Алексею, винившему себя в смерти хозяина. Он был подавлен, старался не смотреть нам в глаза. Передав Ольге какие-то бумаги, сообщил ей, что теперь, после смерти Эдуарда, дом и бизнес переходят в ее распоряжение — такова была воля хозяина, выраженная в найденном в кабинете завещании. Рассказав ей все это, Алексей заявил, что уезжает.

— Алексей, останьтесь! — попросила Ольга. — Вы не можете бросить все это на меня!

— Простите меня, но я не могу находиться в этом доме после того, что случилось. Если бы не я, Эдуард был бы жив. Я предал его…

— Я не оправдываю вас, Алексей. Но я понимаю, почему вы это сделали. И не знаю, как бы сама поступила на вашем месте. Если вы предали Эдуарда, то не предавайте сейчас меня. Вы мне нужны.

Алексей молчал, Ольга терпеливо ждала.

— Хорошо… — произнес он наконец. — Я останусь на какое-то время — пока вы не освоитесь…

Похороны были в понедельник, в этот же вечер прилетел из Красноярска вновь воскресший Каар. Появиться раньше ему помешали сложности с документами — после очередной смерти они вновь остались в Москве. Во время ужина, на котором собрались все, Дмитрий сообщил о том, что он, Кира и Волох больше не бессмертные.

— Мы снова свободны, — сказал он, его глаза были удивительно спокойны. — Там, за гранью этой жизни, начинается совсем другая, не менее интересная и удивительная. Если бы люди знали об этом, они бы перестали мечтать о бессмертии.

— Глупо гоняться за тем, что у них и так уже есть, — добавил Волох.

— Вот именно, — согласился Дмитрий.

— А что будет с элатриумом? — спросил я.

— Спрячем, — коротко ответил Волох. — И на этот раз его уже точно никто никогда не найдет.

— И Ключи? — спросила Катя.

— И Ключи, — подтвердил маг. — Этим вещам не место в мире людей. Поэтому не жалейте о них.

— Было бы лучше, если бы я о них вообще никогда не узнала, — мрачно заметила Катя. — Потому что теперь, видя больного или умирающего человека, я буду знать, что его можно спасти. Но не получится, так как волшебные шары пылятся в какой-то богом забытой пещере. И не смотрите на меня так — у меня нет намерения облагодетельствовать человечество. Но иногда бывают ситуации, когда и надо бы помочь, а не можешь. Потому что нет сил, нет возможностей.

Стало очень тихо.

— Я понимаю тебя, — прозвучал в наступившей тишине голос Волоха. — Конечно, мы могли бы оставить вам Золотой шар и два Ключа. Не имея третьего Ключа, вы бы при всем желании не смогли привести мир к катастрофе. Два Ключа могли бы дать вам бессмертие, Золотой шар мог бы отнять его, когда вечность вам окончательно надоест. Но поверьте, это тупиковый путь. Вы молоды, но уже многого достигли. Если сейчас у вас появится элатриум, вашему развитию наступит конец. Вы перестанете надеяться на себя, будете рассчитывать на силу артефакта. Посмотрите на нас — именно он сделал нас слабыми. И схватку с Харамом выиграли именно вы. Именно вы раз за разом вставали на его пути, именно вы смогли сорвать его планы. Сейчас перед вами открыты все дороги. Открыты такие возможности, о которых вы даже не подозреваете. Дать вам сейчас элатриум, значит погубить как магов. Запомните главное: да, элатриум может многое. Но он не может ничего, чего бы вы не смогли достичь сами.

— И о чем именно идет речь? — не удержался я. — Более конкретно?

— О многом… — Волох на пару секунд задумался. — Скажи, какого цвета стены в этом кабинете?

— Зеленые.

— Хорошо. А теперь?

На наших глазах стены внезапно изменили цвет. Было слышно, как ойкнула Ольга.

— Желтые, — произнес я, вспомнив, как Настя изменила цвет тарелки. Очевидно, сейчас произошло что-то подобное.

— Цвет стен изменился, но не это главное. Вы осознали изменение цвета, потому что я вам это позволил, — пояснил Волох, окинув нас взглядом. — Но если бы я этого не сделал, вы бы ничего не заметили. Понимаете меня? Изменение бы произошло, но вы бы пребывали в полной уверенности, что ничего не случилось.

— Вы говорите о воздействии на память? — предположила Катя.

— В некотором смысле, — согласился Волох. — Хотя начать здесь надо не с памяти, а со времени. Дело в том, что время дискретно — то есть состоит из мельчайших, стремящихся к нулю отрезков. Каждый такой квант времени фиксирует минимально возможные изменения. При этом время на самом деле никуда не движется — движется наше сознание. Представьте обычную кинопленку: каждый кадр на ней — это квант времени. Когда на этот кадр падает луч света — то есть его засвечивает наше сознание, — у нас возникает осознание текущего момента. Информация, записанная на этом кадре, попадает в наше сознание. Дальше следует переход на новый кадр, затем на следующий… И с каждым новым шагом в наше сознание попадает новая, соответствующая очередному участку, информация. Понимаете, о чем я? То, что мы воспринимаем как память, всего лишь иллюзия.

— Вообще-то я слышала о том, что за память ответственны нейронные связи в мозге, — с сомнением произнесла Катя. — И это доказано на опытах.

— Пройдет еще пара-тройка десятилетий, и новые опыты докажут, что все обстоит совсем иначе, — заверил ее Волох. — Мозг — это лишь инструмент, связывающий тонкие тела человека и тело физическое. Думаем мы совсем не мозгом. При повреждении мозга или его старении просто нарушается передача информации между телами. Так что память действительно может отшибить, но лишь в том плане, что она окажется недоступной. Сама же информация никуда не исчезает и не теряется, а просто обновляется с каждым новым квантом времени. Правильнее даже будет сказать, что наше сознание одновременно захватывает два кванта — прошлый и нынешний. При этом информация о прошлом, записанная на предыдущем кванте, сравнивается с данными нового, несущими в себе сведения о происшедших изменениях. Именно по факту сравнения новой информации со старой мы и судим об изменениях. В то же время если сведения о прошлом изменить в соответствии с наступившими изменениями, человек этих изменений не осознает. Реальность уже другая, а человек пребывает в полной уверенности в том, что ничего не случилось — и все потому, что сравнение двух квантов не выявило различий. Любые изменения реальности, даже очень серьезные, в этом случае не фиксируются, проходят мимо сознания. Взгляните на эту вазу. — Он указал на стоящую на столе большую вазу с цветами. — Что вы можете о ней сказать?

— А что о ней скажешь? — хмыкнула Катя. — Ваза как ваза.

— Да, — согласился Волох. — Если не считать того, что еще несколько секунд назад ее здесь не было.

Стало очень тихо.

— Не понимаю… — нарушила молчание Ольга. — Что значит «ее здесь не было»? Она стоит здесь с тех пор, как мы сюда приехали.

— Верно! — поддержала ее Катя. — Как стояла, так и стоит.

— Вы так считаете, потому что не смогли отследить изменения, они прошли мимо вашего сознания, — терпеливо пояснил маг. — И не смогли именно потому, что я вам этого не позволил. Вазы здесь не было, теперь она есть. Просто появилась — из ничего, из пустоты. Но вы этого не осознали. А теперь оцените, какую власть над миром дают подобные умения: владея этой техникой, маг может менять реальность, при этом люди ничего не замечают. Пребывают в полной уверенности, что все так же, как всегда. Но и это еще не все: дело в том, что подобные изменения происходят в нашей жизни постоянно, мы их просто не замечаем. Чаще всего реальность изменяется во время сна — когда большая часть людей в данной местности спит, когда наше сознание перестает «держать» мир. Обычно эти изменения весьма незначительны: например, меняются обои, картины на стенах, расстановка мебели, появляются или исчезают какие-то вещи. Может появиться или исчезнуть жена. — Волох усмехнулся. — Порой изменения более серьезны: это касается здоровья, социального статуса, политических событий. Хотя такие сдвиги достаточно редки и обычно все ограничивается мелочами. Иногда даже обычный человек может заметить подобные изменения — например, в том случае, если ты приезжаешь куда-то, где не был долгое время. Вроде бы все то же самое — и тем не менее совсем другое. Чем дольше ты не был в том месте и чем дальше оно от тебя находилось, тем проще заметить изменения.

— Но почему вообще происходят эти изменения? — спросила Лена.

Волох едва заметно улыбнулся и взглянул на Дмитрия, предоставляя ему право ответа.

— В свое время, — сказал Каар, тоже улыбнувшись, — я задал нашему учителю тот же самый вопрос. Он ответил, что есть два варианта объяснения. Первый говорит о том, что мир просто поворачивается к тебе другой гранью. Переводя на современный язык — ты оказываешься в одной из множества параллельных реальностей, имеющих те или иные отличия. Согласно второму варианту, изменяется именно эта реальность.

— И какой вариант правильный? — не утерпела Катя.

— Для практика это совершенно неважно, — ответил Каар. — Ты можешь выбрать любой вариант объяснений или найти свой собственный — например, признать, что работают оба варианта. Это никак не повлияет на главный факт: реальность меняется. И меняется порой очень сильно.

— Но ведь при таких изменениях все равно возникнет куча неувязок? — предположил Олег. — Если у меня вдруг исчезла жена, то соседи, друзья, знакомые обязательно спросят, куда она делась. Разве не так?

— Не так, — снова взял слово Волох. — В этом мире все учтено, поэтому неувязок обычно не бывает. Все едино, понимаешь? Меняется что-то одно, тут же изменяется и все остальное, что связано с этим событием. При этом меняются и записи в памяти — все нити событий сплетаются нужным образом, люди просто не замечают подмены.

— Настя может делать подобные трюки, — с толикой гордости сообщил я, посмотрев на девушку. — Может открывать замки, один раз она превратила белую тарелку в глазированную глиняную.

— А камешек в золотой самородок, — вставила Ольга.

— Еще она может влиять своим намерением на прошлое, — продолжил я. — Однажды она захотела, чтобы в столе лежала пачка сигарет. И та там оказалась. Намерение Насти воздействовало на прошлое, заставив кого-то из бывших жильцов гостиничного номера забыть сигареты.

— Когда мы были в пещере, она снова изменила прошлое, и в рюкзаке у Лены появились два фонарика, которых там раньше не было, — добавил Олег.

Настя молчала, едва заметно улыбаясь.

— То, что демонстрирует Настя, это очень хороший уровень, — кивнул Волох. — Тем не менее пока это лишь изменение отдельных, весьма незначительных элементов реальности в рамках существующей картины мира. Но есть и следующий уровень — когда маг может менять вообще все, что захочет. На этом уровне уже нет прошлого, настоящего, будущего, мир становится пластичным и изменчивым.

— Сергей называл это «Иллюзионом», — сказала Настя. — В том смысле, что в этом мире нет ничего постоянного и неизменного, и стабильность мира — всего лишь иллюзия.

— Об этом я и говорю, — согласился Александр Иванович. — Харам ведь далеко не случайно пытался вас уничтожить — вы представляли для него реальную опасность. Ваши умения были невелики, но вы добились всего сами. Он же выполнял подобные трюки только благодаря элатриуму. Как и я сейчас — без этих шариков я бы тоже ничего не умел.

— Получается, что можно вообще менять любые события? — спросил я, внимательно глядя на Волоха — пожалуй, до меня только теперь начал во всей полноте доходить смысл его слов. — И нынешняя реальность просто перепишется, как цвет стен, а люди ничего не заметят?

— Большинство из них действительно ничего не заметит. Те же, кто видят подобные изменения, — мы называем таких людей «пробужденными», — обычно попадают в психушку, так как сами не понимают происходящего. В итоге возникает парадоксальная ситуация — слепые лечат зрячих. Если им удается вновь привести такого человека к слепоте, его признают здоровым.

— Ну хорошо, это понятно, — задумчиво произнес я. — Реальности не существует, ее можно менять по своему желанию — так? Но в чем подвох? Быть не может, чтобы во всем этом не было своей ложки дегтя.

— Ложка дегтя есть, — согласился маг. — Надо понимать, что новая реальность, которую ты создаешь, достаточно непредсказуема, и никто не может поручиться за то, что она для тебя станет лучше нынешней. Это во-первых. Во-вторых, возможность изменять реальность сама по себе является очень большим искушением. Это ведь так естественно — использовать свои умения. Попытаться сделать этот мир лучше или, напротив, решить свести с кем-то счеты. В результате маг начинает все активнее использовать свои умения, вмешиваясь везде, где считает нужным. Опасность же заключается в том, что если ты начнешь чересчур активно влиять на мир, то очень быстро погибнешь.

— Почему? — не понял я.

— Потому что ты станешь вносить возмущения в существующий порядок вещей. А мироздание всегда противится таким вмешательствам. Единичные изменения остаются незамеченными, за них тебе ничего не будет — они воспринимаются миром как естественные флуктуации, свойственные любой сложной системе. Но если какой-то человек раз за разом начинает вносить возмущения, если за всем этим начинает просматриваться закономерность, то его замечают и останавливают.

— Кто останавливает? — спросил я, уже догадываясь, каким будет ответ.

— Защитные структуры мироздания, — ответил Волох, подтвердив мои предположения. — Поэтому, если вы однажды научитесь всему тому, о чем я говорю, вам придется быть очень осторожными в своих действиях.

— И зачем мне умения, которыми я не могу воспользоваться? — хмыкнула Катя.

Волох едва заметно улыбнулся, потом взглянул на Киру, передавая ей право ответа.

— Истинный маг всегда знает, что должно быть сделано, а что нет, — пояснила Кира. — Если его действия гармоничны, если они всегда созидающие — даже в том случае, когда ему приходится что-то разрушать — мир признает его своим. И тогда маг становится Хранителем этого мира. И ему, как Хранителю, мир дает допуск к самым великим своим тайнам.

— Только, не говорите мне, что имеете в отношении нас какие-то планы, — не удержалась Катя.

— У нас планов нет, — усмехнулся Волох. — Планы есть у Силы — или Джары, как вы ее называете. Одержав верх над Харамом, вы доказали свое право стать Хранителями.

— Вы действительно можете стать Хранителями, — подтвердила Кира. — Это большая честь и огромная ответственность. И вы ими станете — все, кроме Лены. У нее своя судьба, не менее интересная и удивительная. Было видно, как вздрогнула Лена.

— Не бойся, — успокоила ее Кира. — Ты поедешь со мной. Верь мне, все будет хорошо.

— И он тоже станет Хранителем? — Катя хмуро взглянула на Виктора.

— И он тоже, — подтвердил Волох. — Тебя это беспокоит?

— Да. Я бы ему каруселью управлять не доверила — не то что миром.

— Наверное, он то же самое думает о тебе, — вновь усмехнулся Волох. — Что скажешь, Кузнечик? — Маг взглянул на молчаливо сидевшего все это время Виктора.

— Ничего не скажу, — спокойно ответил тот. — С некоторых пор мне очень многое стало безразлично.

— Ты подобрался к важному перекрестку, — сообщил маг, внимательно глядя на Виктора. — Ты смог достичь пустоты, это многого стоит. Тем не менее твоя пустота пока пустая, мертвая. В ней нет жизни. Но есть и другая Пустота — излучающая, являющаяся основой всего, что есть в этом мире. Она и есть Все. Ищи Ее, Витя, стремись к Ней. Лишь найдя Ее, ты найдешь себя..

Виктор опустил глаза и ничего не сказал.

— И что делают Хранители? — спросил я, чтобы нарушить затянувшуюся паузу.

— Берегут этот мир, — ответил Волох. — Их силы, их осознанности хватает на то, чтобы удерживать его от больших потрясений. Сейчас мир снова подходит к важному перекрестку, в ближайшие два-три года определится его судьба на очень долгий период. Вы еще мало что знаете и умеете, но вашей силы уже может хватить на то, чтобы мир не окунулся в хаос. Но для этого вам надо забыть о себе, о своих разногласиях, — маг строго посмотрел на Виктора и Катю, — и сосредоточиться на общих целях. Это ваша судьба, это ваш долг.

— Как-то не слишком я верю в такие вещи, — скептически заметила Катерина. — Вчера у нас не было такой судьбы, а сегодня вдруг она появилась.

— Верно, — согласился Волох. — Именно так! Мы и сами не знали об этом вплоть до сегодняшнего дня.

— До сегодняшней ночи, — поправила его Кира, глядя на Катерину. — Есть одна женщина, с которой я связана, невероятно могущественная. У нее свои принципы, она вмешивается в дела этого мира лишь в исключительных случаях. Этой ночью она пришла ко мне во сне и рассказала о том, что вас ждет. Даже то, что она вообще вами заинтересовалась, уже приводит меня в трепет. — Губы Киры тронула улыбка. — Уж слишком это все необычно. И если она сказала, что вам суждено стать Хранителями, то так оно и есть.

— Наверное, мы несколько поторопились, рассказав вам о вашей миссии, — добавил Каар. — Но ситуация очень сложная, у нас нет времени ждать, пока вы осознаете все это сами. То, что должно произойти, всегда случается. Так пусть то, что нужно миру, случится как можно быстрее.

— Все это действительно очень неожиданно, — признался я.

— Так будет правильно, Андрей, — добавила Кира, ее глаза сияли. — Ты ведь сам знаешь, что существуют вещи, которые просто должны быть сделаны. Причем сделаны независимо от того, что это принесет тебе лично. Вы могли не лезть на ту крышу, не воевать с Харамом, а просто уехать из города, подальше от опасности. Но вы выбрали тот вариант, который мог привести вас к смерти. Понимаешь меня?

— Да, — ответил я. — Понимаю.

— «Сказали мне, что эта дорога приведет меня к океану смерти, и я с полпути повернул обратно, — процитировал Олег. — С тех пор все тянутся передо мной глухие кривые окольные тропы…»

— Вот именно, Олег, — кивнула Кира. — Вот именно…


1   ...   26   27   28   29   30   31   32   33   34

перейти в каталог файлов


связь с админом