Главная страница

Аристотель - Политика (Книги мудрости) - 2010. Аристотель


Скачать 14.07 Mb.
НазваниеАристотель
АнкорАристотель - Политика (Книги мудрости) - 2010.pdf
Дата09.10.2018
Размер14.07 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаAristotel_-_Politika_Knigi_mudrosti_-_2010.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#46774
страница9 из 19
Каталогid237392015

С этим файлом связано 79 файл(ов). Среди них: Besy.pdf, Belovitskaya_A_-_Angliyskiy_yazyk_Gramotnye_koty_-_Gramotnye_kot, Ionina_A_A_-_Angliyskaya_grammatika_XXI_veka_Universalny_effekti, Mizinina_I_N__Mizinina_A_I__Zhiltsov_I_V_Anglo-russkiy_i_russko-, Tablitsa-angliyskikh-matov.pdf, Учебник Деонтология в медицине ХНМУ 2014 А5 258 с..docx и ещё 69 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   19
8
1. Если кто-либо один или несколько человек, больше одного, но все-таки не настолько больше, чтобы они могли заполнить собой государство, отличались бы таким избытком добродетели, что добродетель всех остальных и их политические способности не могли бы идти в сравнение с добродетелью и политическими способностями указанного одного или нескольких человек, то таких людей не следует и считать составной частью государства ведь сними поступят вопреки
справедливости, если предоставят им те же права, что и остальным, раз они в такой степени неравны с этими последними своей добродетелью и политическими способностями. Такой человек был бы все равно что божество среди людей. Отсюда ясно, что ив законодательстве следует иметь ввиду равных и по их происхождению, и по способностям, а для такого рода людей и законов ненужно, потому что они сами — закон. Да ив смешном положении оказался бы тот, кто стал бы пытаться сочинять для них законы они сказали бы, пожалуй, то, что, по словам Анти- сфена, львы сказали зайцам, когда те произносили речи в собрании животных и требовали для всех равноправия. На этом основании государства с демократическим устройством устанавливают у себя остракизм по-видимому, стремясь к всеобщему равенству, они подвергали остракизму и изгоняли на определенный срок тех, кто, как казалось, выдавался своим могуществом, опираясь либо на богатство, либо на обилие друзей, либо на какую-нибудь иную силу, имеющую значение в государстве. 3. Согласно мифологическому преданию, по той же самой причине аргонавты покинули Геракла корабль Аргоне пожелал везти его вместе с прочими пловцами, так как он намного превосходил их. Равным образом нельзя признать безусловно правильными и те упреки, которые делались по поводу тирании и совета, данного Периандром Фрасибулу: рассказывают, что Периандр ничего не сказал вот вет глашатаю, посланному к нему за советом, а лишь, вырывая те колосья, которые слишком выдавались своей высотой, сравнял засеянное поле глашатай, не уразумев, в чем дело, доложил Фра­
сибулу о том, что видела тот понял поступок
Периандра в том смысле, что следует убивать выдающихся людей. 4. Такой образ действий выгоден не только тирании, и не одни лишь тираны так поступают, но тоже самое происходит ив олигархиях ив демократиях остракизм имеет в известной степени тоже значение — именно посредством изгнания выдающихся людей под­
резывать в корне их могущество. Также поступают с греческими государствами и с варварскими племенами те, кто пользуется властью например, афиняне — с самосцами, хиосцами и лесбосцами: как только афиняне прочно взяли
в свои руки власть, они их принизили вопреки договорам персидский же царь неоднократно подрубал мидян, вавилонян и остальные племена, гордившиеся тем, что и они в свое время пользовались господством. 5. Вообще вопрос этот стоит перед всеми видами государственного устройства, в том числе и перед правильными. Правда, в тех видах государств, которые являются отклонениями, применение этого средства делается ради частных выгодно оно в равной степени находит себе место и при государственных устройствах, преследующих общее благо. Это можно пояснить примером, взятым из области иных искусств и наук. Разве может допустить художник, чтобы на его картине живое существо было написано с ногой, нарушающей соразмерность, хотя бы эта нога была очень красива Или разве выделит чем-либо кораблестроитель корму или какую-нибудь иную часть корабля Разве позволит руководитель хора участвовать в хоре кому-нибудь, кто поет громче и красивее всего хора 6. Таким образом, нет никаких препятствий к тому, чтобы люди, обладающие единоличной властью, действуя в согласии с выгодой
для государства, прибегали к этому средству в том случае, когда оно является одинаково полезным как для их личной власти, таки для блага государства. Недаром же там, где дело вдето неоспоримом превосходстве, мысль об остракизме находит некое справедливое оправдание. Конечно, лучше, если законодатель с самого начала придаст государству такое устройство, что не окажется нужды прибегать к такого рода врачеванию, а лишь при втором плавании в случае надобности можно попытаться исправить дело при помощи такого рода поправки. Не то происходило в государствах прибегая костра кизму, они имели ввиду невыгоду для соответствующего государственного устройства, а преследовали при этом выгоду для своей партии. Итак, ясно, что при тех видах государственного устройства, которые представляют собой отклонения, остракизм, как средство, выгодное для них, полезен и справедлив но ясно и то, что, пожалуй, с общей точки зрения остракизм не является справедливым. 7. При наилучшем же виде государственного устройства большое затруднение возникает вот в чем как нужно поступать
в том случае, если кто-нибудь будет превосходить других не избытком каких-либо иных благ, вроде могущества, богатства, или обилием друзей, но будет отличаться избытком добродетели Ведь не сказать же, что такого человека нужно устранить или удалить в изгнание с другой стороны, нельзя себе представить, чтобы над таким человеком властвовали, потому что в таком случае получилось бы приблизительно тоже самое, как если бы, распределяя государственные должности, потребовали власти и над Зевсом. Остается одно, что, по-видимому, и естественно всем охотно повиноваться такому человеку, так что такого рода люди оказались бы в государстве пожизненными царями IX 0©
1. Быть может, после приведенных выше рассуждений уместно перейти к рассмотрению сущности царской власти, которая, по нашему утверждению, является одним из правильных видов государственного устройства. Исследованию подлежит вопрос полезна ли царская власть для
государства и страны, стремящихся иметь прекрасное устройство, или не полезна, а, наоборот, предпочтительнее какой-нибудь иной вид правления, или для одних государств царская власть полезна, для других не полезна Но предварительно следует установить, существует ли только один вид царской власти, или же имеется несколько ее разновидностей. Нетрудно усмотреть, что существует несколько видов царской власти и самый способ ее проявления в каждом данном случае не один и тот же. Так, царская власть в лакедемонском государственном устройстве, по-видимому, основывается преимущественно на законе, но она не является верховной властью в полном смысле царь — верховный вождь военных сил лишь в том случае, когда он выходит за пределы страны сверх того, царям предоставлено ведать религиозным культом. Таким образом, эта царская власть является как бы некоей неограниченной и несменяемой стратегией но право казнить царь имеет исключительно только вовремя похода. Тоже самое было ив глубокой древности вовремя военных экспедиций, когда действовало
право сильного, о чем свидетельствует Гомер:
Агамемнон на народных сходках выслушивал брань, сдерживая себя, но, когда войско отправлялось против неприятеля, он имел полную власть казнить недаром он заявляет Если же кого я увижу вне ратоборства. нигде уже после ему не укрыться от псов и пернатых смерть в моих ведь руках. Итак, вот один из видов царской власти — пожизненная стратегия. Она бывает либо наследственной, либо выборной. Наряду с ней встречается другой вид монархии, примером которой может служить царская власть у некоторых варварских племен она имеет тоже значение, что и власть тираническая, но основывается она и на законе, и на праве наследования. Так как по своим природным свойствам варвары более склонны к тому, чтобы переносить рабство, нежели эллины, и азиатские варвары превосходят в этом отношении варваров, живущих в Европе, то они и подчиняются деспотической власти, не обнаруживая при этом никаких признаков неудовольствия. Вследствие указанных причин царская власть у варваров имеет характер тирании
но стоит она прочно, так как основой ее служит преемственность и закон. 4. По той же причине и охрана ее такая, как у царей, а не как у тиранов ведь царей охраняют вооруженные граждане, тиранов же — наемники, потому что цари властвуют на законном основании над добровольно подчиняющимися им людьми, тираны же над подчиняющимися им против воли таким образом, одни получают охрану своей власти от граждан, а другие — против граждан. Это два вида монархии. Другой вид, существовавший у древних эллинов, носит название эсим- нетии. Она, так сказать, представляет собой выборную тиранию отличается она от варварской монархии не тем, что основывается не на законе, а только тем, что не является наследственной. Одни обладали ею пожизненно, другие избирались на определенное время или для выполнения определенных поручений так, например, граждане Митилены некогда избрали эсимнетом Пит- така для защиты от изгнанников, во главе которых стояли Антименид и поэт Алкей. 6. О том, что митиленяне избрали Питтака именно тираном, свидетельствует Алкей водной из своих застольных песен. Он укоряет их зато, что они при всеобщем одобрении поставили тираном над мирным несчастным городом Питтака, человека худородного. Такие виды правления, с одной стороны, были и являются тираническими, как основанные на деспотии, с другой стороны, относятся к видам царской власти, потому что эсимнетов избирают, причем добровольно. Четвертым видом царского единовластия являются те монархии, которые существовали в героическое время и основывались на добровольном согласии граждан, равно как и на праве законного наследования. Поскольку родоначальники этих героических царей оказывались благодетелями народной массы — либо как изобретатели тех или иных ремесел, либо как предводители на войне, либо как основатели государственного объединения, либо как расширившие территорию, — то они и становились царями по добровольному согласию граждан, а их потомки получали царскую власть путем наследования. Власть их выражалась в предводительстве на войне, в совершении жертвоприношений — поскольку последнее не составляло особой функции жрецов — и, сверх того, в разбирательстве судебных дел, причем в этом последнем случае одни цари творили судне принося клятвы, другие — принося ее (клятва состояла в том, что цари поднимали вверх свой скипетр. В древние времена цари управляли непосредственно всеми делами, касающимися государства, руководили его внутренней и внешней политикой впоследствии же, после того как от некоторых функций своей власти они отказались сами, а другие были отняты у них народом, вод них государствах за царями сохранилось только право жертвоприношений, в других — где все- таки может идти речь о царской власти — цари удержали за собой лишь право быть главнокомандующими за пределами страны.
>х<® X ® ®
1. Итак, вот четыре вида царской власти во- первых, царская власть героических времен, основанная на добровольном подчинении ей граждан, но обладавшая ограниченными полномочиями, а именно царь был военным предводителем, судьей и ведал религиозным культом во- вторых, царская власть у варваров, наследственная и деспотическая по закону в-третьих, так называемая эсимнетия — выборная тирания и, в-четвертых, царская власть в Лакедемоне, представляющая собой в сущности наследственную и пожизненную стратегию. Эти четыре вида различаются указанными выше свойствами. 2. Пятым видом царской власти будет тот, когда один человек является неограниченным владыкой над всем, точно также как управляет общими делами то или иное племя или государство. Такого рода царская власть есть как бы власть домохо- зяйсгвенная: подобно тому как власть домохозяина является своего рода царской властью над домом, так точно эта всеобъемлющая царская власть есть в сущности домоправительство над одним или несколькими государствами и племе­
нами.
Строго говоря, существует только два вида царской власти, подлежащих рассмотрению этот последний вид и царская власть в Лакедемоне; остальные три видав большинстве случаев занимают промежуточное положение между указанными их полномочия, с одной стороны, меньше всеобъемлющей царской власти, с другой — превосходят власть лакедемонских царей. Таким образом, исследованию подлежат, собственно говоря, два следующих вопроса один — полезно или не полезно для государств иметь у себя пожизненного стратега и должен ли он происходить из определенного рода или быть выборным другой — полезно или не полезно, чтобы один человек был неограниченным владыкой над всем. Исследование о пожизненной стратегии относится скорее к области законодательной деятельности, нежели к вопросу о государственном устройстве, потому что эта стратегия может найти себе место при всяких устройствах, так что первую разновидность царской власти опустим. Что же касается другой ее разновидности, то она действительно представляет собой вид государственного устройства, почему мы и должны рассмотреть его и коснуться заключенных в исследовании о нем трудностей. Исходная точка наших изысканий — обсуждение следующего вопроса под какой властью полезнее находиться — под властью лучшего мужа или под властью
лучших законов 4. Те, кто решает, что полезно быть под властью царя, ссылаются на то соображение, что законы выражают собой только общие положения и не заключают в себе предука­
заний на отдельные случаи поэтому было бы нелепо, как и при всякого рода ином искусственном установлении, рабски придерживаться буквы предписания, вроде того как в Египте врачу дозволено было отклоняться по истечении четырех дней если же он делал это раньше, то поступал так на свой страх. Таким образом, выходит по той же самой причине, что государственный строй, строго придерживающийся в мелочах буквы закона, не есть наилучший. Однако правители должны руководствоваться общими правилами, и лучше то, чему чужды страсти, нежели то, чему они свойственны по природе в законе их нет, а во всякой человеческой душе они неизбежно имеются. 5. Но, может быть, кто-нибудь скажет, что зато наилучший муж будет судить более правильно в каждом отдельном случае. Как бы тони было, ясно, что ему необходимо быть законодателем и что должны существовать законы, теряющие, однако, свою силу тогда, когда они извращаются, во всех же других случаях остающиеся в силе если же о чем-либо закон не в состоянии вообще решить или решить хорошо, то кто должен властвовать — один наилучший муж или все Правда, в настоящее время сходятся вместе, творят суд, совещаются и выносят решение, но все эти суды касаются единичных дел. Если же взять любого в отдельности, то он, возможно, окажется хуже но ведь государство состоит из многих, и подобно тому как пиршество в складчину бывает лучше обеда простого, на одного человека, так точно и толпа о многих вещах судит лучше, нежели один человек, кто бы он ни был. 6. Сверх того, масса менее подвержена порче подобно большому количеству воды, масса менее поддается порче, чем немногие. Когда гневили какая-либо иная подобная страсть овладевает отдельным человеком, решение последнего неизбежно становится негодным а чтобы это случилось с массой, нужно, чтобы все зараз пришли в гневи в силу этого действовали ошибочно. Под массой же следует разуметь свободнорожденных, нив чем не поступающих вопреки закону, за исключением только тех неизбежных случаев, когда закон оказывается недостаточным. Если это нелегко бывает среди многих, то как же будет, когда имеется несколько хороших мужей и граждан, — кто менее подвержен порче один ли правитель или несколько, числом больше, но все одинаково хорошие Разве неясно, что эти последние Но эти несколько вступят в распри, а один стоит вне такой борьбы. Этому возражению, пожалуй, возможно противопоставить то, что те несколько одарены превосходными душевными качествами, как и тот один. Если правление нескольких людей, всех одинаково хороших, следует считать аристократией, а правление одного лица — царской властью, то аристократия оказалась бы для государства предпочтительнее царской власти, все равно, будет ли власть опираться на вооруженную силу или же обойдется без нее, лишь бы только оказалось возможным привлечь к правлению нескольких подобных людей. Может бьггь, в прежние времена люди управлялись царями именно вследствие того, что трудно было найти людей, отличающихся высокими нравственными качествами, тем
более что тогда вообще государства были малонаселенными. Кроме того, царей ставили из- за оказанных ими благодеяний, а их оказывали хорошие мужи. А когда нашлось много людей, одинаково доблестных, то, отказавшись подчиняться власти одного человека, они стали изыскивать какой-нибудь общий вид правления и установили политик Когда же, поддаваясь нравственной порче, они стали обогащаться за счет общественного достояния, из политии естественным путем получались олигархии, ведь люди стали почитать богатство. Из олигархий же сначала возникли тирании, а затем из тираний — демократии низменная страсть корыстолюбия правителей, постоянно побуждавшая их уменьшать свое число, повела к усилению народной массы, так что последняя обрушилась на них и установила демократию. Атак как государства увеличились, то, пожалуй, теперь уже нелегко возникнуть другому государственному устройству, помимо демократии. Если кто-либо признал бы, что наилучший вид правления для государств — царская власть, то возникает вопрос, как быть с царскими детьми
Что же, и потомство также должно царствовать Но ведь если среди него окажутся такие люди, какие уже бывали, то это будет пагубно. В этом случае пусть царь, раз он имеет в своих руках полноту власти, не передает власть таким детям. Однако в этом деле не так легко ему довериться, ибо оно затруднительно само по себе и требует отче ловека большей добродетели, чем это свойственно человеческой природе. 10. Является также затруднение и при решении вопроса о вооруженной охране должен ли вступающий во власть иметь в своем распоряжении военную силу, опираясь на которую он будет в состоянии заставить повиноваться себе тех, кто этого не желает, а иначе как он может справиться с управлением Ведь если бы даже он был полновластным владыкой по закону и не совершал ничего по своему произволу и вопреки закону, все-таки у него, несомненно, должна бьггь в распоряжении известная сила, опираясь на которую он будет в состоянии охранять законы. Правда, по отношению к законному царю вопрос этот может бьггь решен быстро и без затруднения такой царь должен владеть вооруженной силой, иона должна бьггь настолько значительной, чтобы царь, опираясь на нее, оказывался сильнее каждого отдельного человека и даже нескольких человек, но слабее массы граждан. Такую именно охрану давали древние, когда они назначали править государством какого-либо эсимнета или тирана и когда Дионисий стал требовать себе охрану, кто-то посоветовал сиракузя- нам дать ему охрану в таких именно размерах XI
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   19

перейти в каталог файлов
связь с админом