Главная страница
qrcode

Каббала в Средние века. Каббалисты разделяют использование своей священной науки на пять разделов


НазваниеКаббалисты разделяют использование своей священной науки на пять разделов
Дата22.05.2020
Размер1.44 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаКаббала в Средние века.doc
ТипДокументы
#69657
страница1 из 3
Каталог
  1   2   3

Каббалисты разделяют использование своей священной науки на пять разделов.

Природная Каббала используется лишь для того, чтобы помочь исследователю в изучении тайн Природы. Аналогичная Каббала была сформирована для установления взаимоотношений, которые существуют между всеми вещами в Природе. Она раскрывает мудрым, что все создания и субстанции разделяют одну сущность и что человек, Малая Вселенная, - точная копия Большой Вселенной, Бога. Созерцательная Каббала имеет целью через высшие интеллектуальные усилия раскрыть тайны небесных сфер. Путем абстрактного мышления изучаются бесконечные сферы и создания, в них существующие. Астрологическая Каббала важна для тех, кто изучает силу, величину и действительную субстанцию сидерических тел, а также раскрывает мистическое строение самой планеты. Магическая Каббала изучается теми, кто стремится управлять демонами и разумными существами невидимого мира. Она также полезна как метод лечения талисманами, амулетами, жестами и заклинаниями». (М. П. Холла).


Каббала в Средние века
ВВЕДЕНИЕ
Древнее слово «Каббала» имеет на сегодняшний день несколько переводов-трактовок аналогично другим древним словам, как, например, «чакра» или «йога». Современный Михаэль Лайтман (Международная академия каббалы) переводит его как «получение».Более ранние переводы трактуют как "передача, предание". Впрочем, разные переводы этого слова – мелочи, по сравнению с разным, на сегодняшний день, пониманием людьми его значения, что тоже характерно для многих названий эзотерический систем знаний, как, например, «магия», «теософия» и пр.

В своей работе я воспользуюсь понятием слова каббалистика, принятым в Школе магии Атлантида, а именно: Каббалистика - система знаний о работе с первичными именами объектов, кодами, которыми записаны все объекты. связи, явления (т.е. все-все) в ментальной базе Земли, что соответствует практика 4-ок (стихийный сдвиг до 4-го градуса).

Поэтому в работе не будут фигурировать многие книги и известные каббалисты, т.к. их работы не попадают в это описание системы знаний, хотя и носят аналогичные названия и связаны как с системой знаний обо всем сверхъестественном в целом, так и с религиозным иудаизмом.

Это существенно сужает поиск информации в бесчисленных произведениях с подобным названием, и в то же время усложняет задачу, которая сводится к поиску текстов, описывающих реальные методы работы с первичными кодами земли, а такие знания относятся к «неписанным». Так С. Л. Макгрегор Матерс в своей книге "Каббала без вуали" говорит: "Термин 'Неписаная Каббала' применим к особого рода знанию, которое никогда не разрешалось записывать и которое передавалось только устно. Больше я ничего не могу сказать по этому поводу, даже то, получал или не получал его я сам".

Истоки каббалистики в средних веках

На сегодняшний день утверждения о том, что такие греческие философы как Пифагор и Платон испытали влияние Каббалы, в последнее время отвергаются историками. Они полагают, что некоторые сходства между идеями греческих философов и Каббалой, объясняются тем, что Каббала, как и иудейский мистицизм сформировались под сильным влиянием неоплатонизма и неопифагорейства.

С моей точки зрения очевидно, что и греческие и иудейские работы, связанные с каббалистикой, имеют первоисточником египетские работы по этой теме, в частности книги мага Гермеса Трисмегиста, к сожалению не дошедшие до нас в подлинниках (мне, как и всем, жаль сгоревшей Александрийской библиотеки).

Многие историки считают, что фундамент средневековой каббалы был заложен в Вавилоне и Византии в VII—VIII вв., когда появилось довольно много мидрашей с выраженными каббалистическими тенденциями.

Одни из них (например, «Алеф Бет рабе Акивы» и «Мидраш га-Коген») исследовали тайны создания и структуры вселенной.

    Влияние каббалистики на известных ученых и философов средневековья

    Тогда как современная наука (во всяком случае, в системе общего образования) упорно придерживается мысли, что всё средневековье занималось лженаучными алхимией, астрологией и каббалистикой и только избранные (попавшие в современные учебники) пытались просвещать народ результатами исследований в физике, химии и математике. Анализ изданий тех времен говорит о том, что эти «лженаучные» науки и были основными и определяющими (описывающими) договор того времени.

    Касаемо философской подоплеки каббалистики, то даже Римские Папы эпохи XVI века не усматривали противоречий между Каббалой и Христианством.

    Так, например, первое печатное издание книги «Зоар» было издано христианами по личному указанию папы Пия IV в 1559 году. В отличие от Зоара, книги Талмуда обвинялись инквизицией в клевете на христиан, ереси и сжигались инквизиторами. Так же изучение Каббалы являлось одной из тайн многих направлений масонства, членами которого были в средние века (и остаются сейчас) многие видные представители знати, дворянства и духовенства.
    Христиане начали проявлять интерес к каббале, практически, одновременно с обнаружением текстов таких выдающихся каббалистических трудов, как «Книга Зоар» и «Сэфер Ецира» в XIII в., однако особое влияние на западную культуру каббала стала оказывать, начиная с XV в., с появлением первых переводов каббалистической литературы на латинский язык.
    В XV в. в Европе появляется движение, утверждающее, что истинный, скрытый смысл каббалы — христианский. Основоположником «христианской» каббалы стал Пико делла Мирандола. «Христианские» каббалисты видели в каббале откровение, с помощью которого можно постигнуть тайны Пифагора и Платона. С этой каббалой, просуществовавшей до 18 в., связано также имя христианского мистика Я. Бёме (конец XVI в. — начало XVII в.).

    Джованни Пико делла Мирандола Иоганн Рейхлин
    Джованни Пико делла Мирандола (1463–1494) был одним из первых, кто принес каббалистическое знание в Гуманистическую республику ученых, центром которой сделалась Платоновская Академия во Флоренции, созданная аристократом Козимо Медичи (1389–1464) во второй половине XV в.

    Пико собрал небольшую библиотеку каббалистической литературы, которая состояла из переводов, сделанных еврейским мыслителем из Сицилии, принявшим христианство, – Флавием Митридатом, для Папы Сикста IV, а затем, в 1486г., для самого Пико. Список личной библиотеки другого христианского гуманиста и ученого того же периода, последователя Мирандолы, Иоганна Рейхлина, наглядно демонстрирует, что около 1500 г. он закупал на реальном книжном рынке огромное количество еврейских книг, в том числе и трудов по каббале: «Сэфер Ецира», «Сэфер а-Баир», книги Авраама Абулафии, Нахманида, Маймонида, Йозефа Гикатиллы, Авраама ибн Эзры, Йозефа Альбо, Иегуды А-Леви и др.

    Для истории магии Пико делла Мирандола представляет интерес главным образом потому, что он соединил естественную магию с другим видом магии, ставшим своего рода дополнением к естественной магии.

    Новой разновидностью магии, добавленной Пико к арсеналу ренессансного мага, стала практическая каббала, или каббалистическая магия.

    Каббалистическая магия – магия духовная, причем духовная не в том смысле, что она, подобно естественной магии, обращается только к естественному мировому духу, a в том, что она стремится к высшим духовным силам, находящимся по ту сторону естественных сил космоса. Практическая каббала обращается к ангелам, архангелам, десяти Сефирот, то есть к именам или силам Бога, к самому Богу - т.е непосредственно к Системе, а точнее к ее базе имен. Средства, используемые при этом, отчасти схожи с другими магическими процедурами, однако, прежде всего, опираются на могущество священного еврейского языка (в случае с Мирандолой).

    Ренессансное сознание, склонное к симметричным построениям, усматривало определенный параллелизм между трактатами Гермеса Трисмегиста, египетского Моисея, и каббалой – еврейской мистической традицией, переданной, как считалось, изустно от самого Моисея. Пико разделял твердую веру каббалистов в то, что корни каббалы уходят в глубочайшую древность – к Моисею, посвятившему в тайное учение немногих избранных, которые в свою очередь передали его своим преемникам, и что это учение проливает свет на те тайны, которым в Книге Бытия Моисей не дал исчерпывающего объяснения.

    Каббалу, видимо, потому никогда не называли "древним богословием", что этот термин прилагался к языческим источникам древней мудрости, в то время как здесь речь идет о мудрости более священной – о еврейской. А поскольку каббала для Пико подтверждала истинность христианства, то христианская каббала оказывалась для него еврейско-христианским источником древней мудрости, к тому же – наиболее ценным и поучительным объектом для сравнения с языческой древней мудростью, и прежде всего с учением Гермеса Трисмегиста. Последний особенно хорошо подходил Пико, благодаря близким параллелям между библейским Моисеем и египетским законодателем, автором боговдохновенной египетской Книги Бытия – "Поймандр".

    Взглянем на герметические трактаты и каббалу глазами Пико – и нашему взору откроется завораживающая симметрия. Египетский законодатель был создателем удивительных мистических учений, в том числе и учения о сотворении мира, причем, судя по всему, он владел частью тех знаний, которыми обладал Моисей. Этому корпусу мистических учений сопутствовала магия – магия "Асклепия". В каббалу тоже входил корпус захватывающих мистических учений, ведущих начало от еврейского законодателя и проливавших свет на Моисеевы тайны сотворения мира. Пико углубился в дебри этих удивительных совпадений, видя в них подтверждение божественности Христа. И каббале тоже сопутствовал род магии – практическая каббала.

    Кроме того, герметика и каббала подтверждали друг друга в ключевом для обоих учений вопросе, а именно в вопросе о творении Словом. Тайны герметических текстов - суть тайны Слова, или Логоса.

    В "Поймандре" именно светоносным Словом, исходящим из Ума, Сын Божий осуществляет акт творения. В Книге Бытия Бог, чтобы создать тварный мир, "сказал". А поскольку сказал Он на еврейском языке, то для каббалиста слова и буквы этого языка стали объектом бесконечных мистических медитаций, а для адепта практической каббалы они обладали магической силой. Возможно, Лактанций помог закрепить союз между герметикой и христианской каббалой в этом вопросе, когда, процитировав из псалма: "Словом Божьим были сотворены небеса" (Пс. 135, 5) и из евангелиста Иоанна: "В начале было Слово", – добавил, что то же утверждают и язычники: "Ведь Трисмегист, который тем или иным образом доискался почти до всякой истины, часто говорил о превосходстве и величии Слова". Он признавал, что "существует невыразимая и священная речь, выходящая за границы человеческого разумения".

    Альянс герметики и каббалы, пионером которого был Пико, привел к очень важным результатам, и дальнейшая герметико-каббалистическая традиция, восходящая в конечном итоге к Пико, оказалась очень влиятельной. Порой она, не выходя за рамки чистой мистики, разворачивала герметико-каббалистические размышления о творении и о человеке в невероятно сложный лабиринт религиозных спекуляций, обращаясь к области чисел и гармонии, впитывая в себя и пифагореизм. Но была у этой традиции и другая сторона – магическая. Пико и здесь был первым, кто соединил герметический и каббалистический типы магии.

      В 1486 году молодой Пико делла Мирандола приехал в Рим с девятьюстами тезисами, или постулатами, выбранными из всех философских школ, и заявил о своей готовности доказать на публичном диспуте, что ни один из этих тезисов не вступает в противоречие с другими.

    По мнению Торндайка, из этих тезисов явствует, что Пико "в большой степени тяготел к астрологии, симпатизировал естественной магии и имел склонность к такой оккультно-эзотерической литературе, как орфические гимны, халдейские оракулы и еврейская каббала", а также к произведениям Гермеса Трисмегиста.

    Великий диспут так и не состоялся, а богословы настолько активно протестовали по поводу некоторых тезисов, что возникла необходимость в написании "Апологии", или защиты. Она была опубликована в 1487 году вместе с речью "О достоинстве человека", которая должна была открыть диспут.

    Эта речь отдавалась многократным эхом на протяжении всей эпохи Возрождения, и ее с полным правом можно считать Великой хартией ренессансной магии – типологически новой магии, основанной Фичино и усовершенствованной Пико.

    Среди девятисот тезисов Пико – двадцать шесть "Заключений о магии" ("Conclusiones magicae"). Часть из них относится к естественной магии, часть – к каббалистической.

    Вот, на мой взгляд, самые интересные утверждения Пико в области магии:
    Магия есть практическая часть естественных наук
  1. Ни на небе, ни на земле нет столь рассеянных и разрозненных начал, чтобы маг не смог привести их в действие и свести воедино
  2. Исходя из начал сокровенной философии, следует признать, что в магических операциях символы и фигуры гораздо могущественнее, нежели материальные свойства
  3. У магического акта не будет никакой действенности, если явно или сокровенно он не будет соединен с каббалистическим искусством
    Или, скажем, спорное, для меня, но явное для Пико утверждение:
    В магическом искусстве слово, поскольку оно обозначает и именует, отдельное и взятое само по себе, обладает силой, лишь, если это слово еврейское или непосредственно от еврейского произведено.
    Еврейский язык и на сегодняшний день является одним из самых древних языков, который используют в современности (т.е. не мертвый) и соответственно близкий (относительно остальных современных языков) к протоязыку (на котором кодируется система). Для каббалиста того времени (да и современного) еврейский алфавит содержит Имя или Имена Бога. Он отражает исконную духовную природу мира и творящий язык Бога. С точки зрения Бога творение есть выражение Его сокровенной сущности, дающей Себе имя, священное Имя Бога, каковое есть непрерывный акт творения. Созерцая буквы еврейского алфавита и их конфигурации как составные части Божиего имени, каббалист, благодаря могуществу Имени, созерцает как самого Бога, так и его творения.

    Таким образом, обе ветви испанской каббалы основаны на Имени или Именах; они дополняют и перекрывают друг друга. Одна из этих ветвей называется "Путь сефирот", другая – "Путь имен". Знаток "Пути имен" испанский еврей Авраам Абулафиа, живший в ХIII веке, разработал сложнейшую технику медитации, основанную на системе комбинирования еврейских букв в бесконечное множество сочетаний.

    Пико делла Мирандола поддерживал каббалистов, которые ввели в обиход множество имен ангелов, не упоминавшихся в Писании (там фигурируют только Гавриил, Рафаил и Михаил). Имена образовывались путем добавления к корню, обозначающему специфическую сущность того или иного ангела, суффиксов "эль" или "ях", репрезентирующих Имя Бога.

    Призывание таких ангельских имен или их начертание на талисманах имело магическую силу. В ходу были и сокращения еврейских слов по методу "нотарикон", а также транспозиции и анаграммы слов по методу "темурах".

    Одним из самых сложных методов, использовавшихся в практической каббале, или каббалистической магии, была "гематрия". Она основана на числовых значениях, приписываемых каждой букве еврейского алфавита, и предполагает применение сложнейших математических выкладок. В результате, транспонировав слова в числа, а числа в слова, можно было прочесть весь строй мироздания, записанный этими слово-числами, а также точно измерить численность небесного воинства, определявшуюся числом 301 655 172 (цифра, неизвестно откуда взявшаяся из древности). Уравнение слово-число составляло существенную черту практической каббалы, поскольку ассоциировалось с именами ангелов.

    К примеру, считалось, что есть семьдесят два ангела, при помощи которых можно получить доступ к сефирот или призвать их. Это в состоянии сделать тот, кто знает имена ангелов и числовые соответствия этих имен. Призывания должны производиться только на еврейском языке, однако возможны также молчаливые призывания – их производят простой расстановкой или демонстрацией еврейских слов, букв, знаков или значков.

    В последние годы жизни положение Пико значительно облегчилось в связи с приходом в 1492 году нового папы: Иннокентия VIII сменил на престоле духовного главы христианства Александр VI – папа из династии Борджиа, одна из наиболее известных и колоритных личностей эпохи Возрождения. В отличие от своего предшественника, папа из семейства Борджиа вовсе не был противником астрологии и магии. Напротив, его глубоко интересовали эти предметы, и он с особым рвением взялся за религиозную реабилитацию Пико.

    Буллы об отпущении грехов Пико, о которых Лоренцо де Медичи неоднократно, но тщетно ходатайствовал перед Иннокентием VIII, Александр VI обнародовал 18 июня 1493 года – менее, чем через год после восшествия на Святой престол. Не удовольствовавшись этим, папа лично написал письмо Пико, начинающееся словами: "Возлюбленному сыну привет и апостольское благословение". В этом письме Александр воспроизводит все дело Пико, упомянув девятьсот тезисов, "Апологию", выводы комиссии, обвинившей Пико в ереси, его бегство во Францию... Письмо заканчивается полным оправданием как самого Пико, так и его сочинений и отклонением даже малейшего обвинения в ереси. Пико называется человеком, просвещенным "божественными щедротами", верным сыном церкви. Это письмо воспроизводилось во всех изданиях сочинений Пико, чтобы ссылкой на высокий авторитет подтолкнуть читателя к безоговорочному принятию всех постулатов непогрешимо ортодоксального автора. Среди этих постулатов – и самый скандальный, ставший основной причиной многочисленных протестов и назначения комиссии, выводы которой аннулировал Александр, – а именно утверждение о том, что магия и каббала – ценные помощники христианства.

    Начиная с эпохи Ренессанса и вплоть до конца XVIII в., изучению каббалы уделяется особое внимание в обществе высокообразованных людей, среди которых находились великие мыслители-гуманисты, философы, ученые и христианские богословы.

    Из их числа можно выделить таких ярких представителей западной интеллектуальной элиты, как Парацельс, Джордано Бруно, Томмазо Компанелла, Мишель Монтень, Джон Мильтон, Готфрид Вильгельм Лейбниц, Исаак Ньютон, Иоганн Вольфганг Гёте, Уильям Блейк, Френсис Бекон, Спиноза, Беркли, Шеллинг, фон Баадер, Фридрих Этингер и целый ряд других выдающихся мыслителей Европы.
    Их знакомство с каббалой происходило, в основном, благодаря переводам оригинальных каббалистических источников (в большинстве своем это были сочинения АРИ, отрывки из «Книги Зоар» и «Сэфер Ецира»), компиляций и собственных сочинений таких авторов, как Пико, Рейхлин, Генрих Корнелий Агриппа из Неттесгейма, Раймонд Лулль, Эдиджио де Витербо, Франческо Джорджио, Паулюс Рициус, Гильом Постель, Иоганн Писториус, Генри Мур, Ральф Кэдворт, Джон Пордедж, Иоганн Стефан Риттангело, Франциск Меркурий Ван Гельмонт, Жак Гаффарель, Кнорр фон Розенрот, Франц Иосиф Молитор и многих других.

    Пико, Рейхлин, Постель и особенно христианские каббалисты XVII в. во главе с Кнорром видели в каббале наиболее чистое и полное выражение единой традиции, истинной prisca theologia (лат. – древняя теология), восходящей ко временам Адама, Авраама и Моисея и в той или иной мере сохранившейся во всех религиях и философских системах.

    По мнению Кнорра, греки, восприняв подлинную и древнюю еврейскую мудрость, впоследствии исказили ее, что, в свою очередь, оказало вредное влияние и на христианство; необходимо вернуться к первоначальному источнику христианства – каббале и вновь объединиться всем вместе в единой вере. Кнорр полагал, что в каббале содержатся самые главные христианские доктрины. Если найти этому неопровержимые доказательства, то отпадет необходимость в каких бы то ни было религиозных спорах. Естественным образом евреи вновь примут ту религию, догматы которой они хранят в течение тысячелетий; к этой же древней, исконно христианской вере вернутся и представители многочисленных христианских церквей.
    Определить отношение христианских мыслителей позднего Средневековья и эпохи Возрождения к каббале можно по следующим высказываниям:


    «Та самая, настоящая трактовка Закона (vera illius legis interpretatio), которая была раскрыта Моисею в Божественном откровении, называется «каббала» (dicta est Cabala), что у иудеев означает «получение» (receptio)» (Пико делла Мирандола, «Речь о достоинстве человека»).
    «Каббалой называется способность выведения всех Божественных и человеческих тайн из Закона Моисея в аллегорическом смысле» (Паулюс Рициус. «Введение в основы каббалы».1540г.).
    «Дословный смысл (Писания) подчиняется условиям времени и пространства. Аллегорический и каббалистический – остается на века, без временных и пространственных ограничений» (Паулюс Рициус. «Введение в основы каббалы»).


    «Каббала дает высшему принципу непроизносимое имя; из него она выводит в форме эманации второй ступени четыре принципа, из которых каждый вновь разветвляется на двенадцать, а они, в свою очередь, – на 72 и т. д. до бесконечных дальнейших разветвлений, как существует бесконечное количество видов и подвидов… И, в конечном итоге, получается, что все Божественное можно привести к одному Первоисточнику, так же, как и весь свет, который светит исконно и сам по себе, и изображения, которые преломляются во множестве зеркал и в стольких же отдельных предметах, можно привести к одному формальному идеальному принципу – Источнику всех этих изображений» (Джордано Бруно. « Итальянские сочинения»).

    Кроме древней и универсальной теологии, западные философы и ученые Нового времени видели в каббале также и универсальную науку, обладающую универсальным языком:
    «Вся физика, включая все ее частные науки: астрономию, астрологию, пиромантию, хаомантию, гидромантию, геомантию, алхимию… – все они матрицы благородной науки каббалистики» (Парацельс. « Сочинения» ).


    «Бытие, или язык – это адекватный субъект науки каббала… Поэтому становится ясно, что ее мудрость в особенной мере управляет всеми остальными науками» (Раймунд Лулль. «Сочинения Раймунда Лулля»)
    «Науки, такие как теология, философия и математика, берут свои принципы и корни из нее [каббалы]. Поэтому все эти науки подчинены этой мудрости; и их принципы и правила подчинены ее принципам и правилам; и поэтому их аргументация недостаточна без нее» (Раймунд Лулль. «Сочинения Раймунда Лулля»).
    Раймунд Лулль
    «В общем, существуют две науки… одна из них называется комбинаторика, и она является мерой прогресса в науках… Другая говорит о силах высших вещей, которые выше Луны и которые являются частью природной магии. Обе они вместе называются у иудеев «каббалой» (Пико делла Мирандола. «Сочинения») .

    «Каббалистический подход к Библии – это герменевтика, которая отвечает в убедительной форме самостоятельности, чудесной оригинальности, многогранности, всеобъятности, неизмеримости ее содержания (Гёте. «Материалы к истории учения о цветах»).


    «Адам – первый человек хорошо знал каббалу. Он знал все обозначения вещей и поэтому дал животным подходящие имена, которые сами по себе показывали их природу» (Курт Шпренгель. «Набросок прагматической истории врачевания»).
    «Каббала не позволяет нам проводить жизнь в прахе, но поднимает наш разум к вершине познания» (Иоганн Рейхлин. «Искусство каббалы»).


    «Настоящая эстетика – это каббала» (Фридрих Шлегель. «Издание критики Ф. Шлегеля». 1802 г.) .
    «Мой учитель Пифагор, отец философии, все-таки перенял свое учение не от греков, а скорее от иудеев. Поэтому он должен быть назван каббалистом…И он был первым, кто перевел слово «каббала», неизвестное его современникам, на греческий язык словом «философия» (Иоганн Рейхлин. «De arte cabbalistica»).


    «Изучай каббалу (artem cabbalisticam), она объяснит тебе все!» (Парацельс. «Paragramum»).


    Для меня, как ученицы ШМА «Антлантида» ,очень интересным оказалось знакомство на практических занятиях, с такой личностью, как Парацельс. Для многих каббалистов он стал учителем. И мне бы хотелось уделить немного времени ,для такого человека , в своём докладе. Немного окунуться в его жизнь…и в его философию.
    Знаменитый философ, алхимик и врач XVI века, Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст из Гогенгейма, известный как Парацельс, был удивительным, загадочным, сложным и, на первый взгляд, противоречивым человеком. Несмотря на то, что Парацельс в течение многих веков был объектом пристального внимания исследователей, сегодня мало известно о нем как о философе и мистике, маге и алхимике, человеке одинаково сведущем в тайнах мироздания и в искусстве врачевания человеческого тела и души, человеке, обладавшем отвагой воина и чистотой ребенка.

    Филипп родился в 1493г. в деревушке Эгга-на-Зиле, в двух часах ходьбы от Цюриха. Его отец, Вильгельм Бомбаст из Гогенгейма, был одним из потомков старинного и славного рода Бомбастов, и был хорошо известен в округе как светский врач, получивший полноценное академическое образование. В ранней юности именно он обучал наукам Теофраста, преподавая ему основы алхимии, хирургии и терапии. Продолжил учебу он у монахов монастыря св. Андрея, расположенного в долине Савоны. По достижении шестнадцати лет – отправился на учебу в университет Базеля. После этого его обучал знаменитый Иоганн Тритемий из Шпангейма, настоятель монастыря св. Иакова в Вюрцбурге, один из величайших адептов магии, алхимии и астрологии. Именно под руководством этого учителя особенное развитие и практическое применение получили склонности Парацельса к оккультным наукам. Тяга к оккультизму привела его в лабораторию Сигизмунда Фуггера, который, как и аббат Тритемий, был известным алхимиком, способным передать ученику многие ценные секреты.
      1   2   3

    перейти в каталог файлов


связь с админом