Главная страница
qrcode

Книга не про химию. Это книга про то, как живут люди. И про то, как они могли бы жить. Эта книга не просто позволяет задуматься . Она даёт возможность встать и сделать


НазваниеКнига не про химию. Это книга про то, как живут люди. И про то, как они могли бы жить. Эта книга не просто позволяет задуматься . Она даёт возможность встать и сделать
АнкорDenis Burkhaev - Drugaya khimia.doc
Дата26.09.2017
Размер2.53 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаDenis_Burkhaev_-_Drugaya_khimia.doc
ТипКнига
#8399
страница1 из 27
Каталог
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

Это книга не про химию. Это книга про то, как живут люди.

И про то, как они могли бы жить.

Эта книга не просто «позволяет задуматься».

Она даёт возможность ВСТАТЬ И СДЕЛАТЬ.

Она даёт «волшебный пинок», единственный, но очень нужный.

Эта книга о жизни самого обычного человека. Самого обычного российского парня. Среднестатистического. Выросшего в обычной семье. Это книга об обыденной жизни.

И про те глупости, которые мы совершаем ежедневно и ежечасно.

Очень жизненная книга. Чем-то напоминает «Похороните меня за плинтусом» Павла Санаева.

Внимание: Автор периодически использует тот язык, на котором говорят простые российские граждане в бытовых условиях. Лица, не встречавшие этот язык ранее, могут испытать некоторый дискомфорт.

* * *

Денис БурхаевЧасть 1: Дремучее мракобесие

Часть 2: Чашка Петри

Часть 3: Уроки жизни

Часть 4: Сладкий мир

* * *

Денис Бурхаев

Другая химия

Часть 1: Дремучее мракобесие

Я вырос в неблагополучной семье. У меня не было отца. У меня не было перед глазами модели счастливой семейной жизни. Я вырос с тёткой, матерью и бабкой. Я жил среди трёх баб, которые постоянно собачились друг с другом, постоянно перетягивали на себя одеяло и постоянно вплетали меня в это дело. Они не просто собачились, они ещё говорили мне: «Вот что ты сделал, вот мы из-за тебя ругаемся!».

Я рос в условиях сильной невротизации. Я был очень невротичным ребёнком. Если в детском садике мне где-то как-то хватало родительской любви, то, уже начиная с первых классов школы, когда я попал в довольно жёсткий коллектив, где мальчики начинают взрослеть, где есть конкуренция из-за девочек, то я понял, что я далеко не тот парень, который может дать сдачи, потому что меня постоянно воспитывали как тряпку.

На начальных этапах где-то в садике, я ещё пытался как-то подраться. Например, приходит в песочницу какой-то козёл и начинает быковать. Его толкнёшь, он толкнёт тебя, тут прибегает мать и начинает верещать: «Ты чего дерёшься!». Если не дай бог, придёшь в испачканной рубашке, то вместо того, чтобы пожалеть и морально подбодрить меня начинали гнобить: «Какой ты неряха!».

На начальных этапах где-то в садике, я ещё пытался как-то подраться. Например, приходит в песочницу какой-то козёл и начинает быковать. Его толкнёшь, он толкнёт тебя, тут прибегает мать и начинает верещать: «Ты чего дерёшься!». Если не дай бог, придёшь в испачканной рубашке, то вместо того, чтобы пожалеть и морально подбодрить меня начинали гнобить: «Какой ты неряха!».

Был такой случай в детском садике, когда я гулял во дворе. Там у нас был какой-то козёл, который измазал меня гудроном. Я элементарно хотел ему врезать, но не нашёл ничего под рукой, а он так бешено размахивал этой палкой, что мне пришлось ретироваться. Я весь такой нежный и пушистый в соплях и слезах побежал домой. И вот пробегаю я весь зарёванный, и какая-то бабка возле подъезда попыталась сделать мне замечание:

Ты чего это дерёшься? — Я ей ответил что-то невнятное.

Какой ты нехороший мальчик! Как ты отвечаешь старшим! Как ты вообще себя ведёшь!

Когда я прибежал домой мне вставили пистон по поводу того, что у меня вся одежда измазана этим гудроном. А на следующий день я ещё получаю пистон, потому что эта старуха возле подъезда нажаловалась родителям о том, что я «нехороший и невежливый» мальчик, она меня что-то там спросила, а я ей рыкнул в ответ. Мне все это тогда очень сильно запало в душу.

Дальше где-то во 2–м и 3–м классе я рос таким лошком, который на начальном этапе ещё мог там кому-то в пах ногой заехать или в торец дать, то потом, когда начались разделения на все эти подростковые стайки, из-за своей аутичности я не вписался ни в одну из них и всегда был один. К тому же я был такой весь околоинтеллектуальненький и меня постоянно стебали и гнобили за это.

Как я вспоминаю своё детство, там общий негатив, который идёт беспросветно сплошной полосой. Как говорят «жизнь как зебра» — чёрное, белое, чёрное, белое, а в конце жопа. Вот у меня было так — черное, чёрное, чёрное, серое, чёрное, чёрное, серое, чёрное, а в конце жопа. Все события моего детства складывались таким образом, что было самое дерьмо и геморрой, какие только могли быть. Я помню редкие проблески юной любви, и на фоне этого большие зловонные кучи кала.

Когда начались постоянные конфликты со сверстниками, появилось понимание, что я так, «лох ливерный». Это был процесс интровертирования, погружение и замыкания в себя. Подростковый аутизм со всеми вытекающими последствиями.

Мало того, что маман с тёткой не понимали всех этих проблем, кроме того, они положили болт на моё половое воспитание. Естественно, я ни у кого не мог спросить совета, если у меня возникали какие-то проблемы с девочками или со сверстниками. Я элементарно не видел никакой психологической поддержки от родителей. Мне было просто стыдно обращаться к ним, и к тому же я знал, а что они мне вообще могут сказать — какие-нибудь общие фразочки в духе:

Хорошие мальчики не дерутся!

Или:

Надо попытаться поговорить со своим обидчиком.

С деньгами меня вообще всегда гнобили. Тогда хлынула первая волна вот этих всех жвачек, вкладышей и т. д. Я, естественно, был всего этого лишён, потому что денег мне родители никогда не давали. Если я просил 15 копеек, я всегда должен был объяснить, зачем вообще я их прошу и на что собираюсь потратить. Т. е. если я хотел мороженого, то я должен был, чуть ли не встать на колени и объяснить, что я так хочу мороженого! Я даже не говорю про все эти жвачки и вкладыши, там был всегда один стандартный ответ:

Зачем тебе вся эта ерунда!

Я ходил в школу с едой, потому что денег на еду в столовой мне банально не давали. Поэтому я носил с собой бутерброды и бутылочку с чаем. Где-то в 3–м классе со мной произошёл один пренеприятный случай. У нас в классе был один задиристый товарищ, который постоянно всех доставал. И вот как-то раз должен был начаться урок природоведения. Обычно в начальной школе дети сидят в одном классе и учителя сами приходят. А тут нас вдруг отправили в другой класс. И мы складировали свои портфельчики перед дверью класса. Когда пришёл учитель и открыл дверь, то этот козёл начал раскидывать портфели, чтобы добраться до своего. Мой портфель он естественно тоже кинул. Если бы там лежали только книги, то было бы всё равно. А тут эта бутылочка с чаем разбилась и залила все книги. Я открыл портфель, а там разбухшие книги и тетради. Конечно, если бы это произошло сейчас, то я бы нашёл, как ему ответить. А тогда у меня просто навернулись слёзы на глаза, и я сбежал с этого урока и пошёл домой. А вечером мне ещё досталось от матери, потому что классная руководительница, узнав про это, позвонила домой, и дома был очень большой разбор полётов, по поводу того, какой я гандон и пидарас, что позволил себе сбежать с уроков.

К чести сказать маман, она таки вошла в моё положение, и мы пошли разбираться к этому товарищу домой. Дверь открыл его пьяный батяня:

Вы хотите, чтобы я его выпорол? Вы хотите, чтобы я ему вломил? Я могу ему отлупить. Миша, иди-ка сюда!

Тут подошёл бледно-зелёный Миша, который понял, что если мать сейчас скажет «да, хочу», то отец даже не будет разворачиваться, он просто ему двинет каблуком, и у Миши на лице что-нибудь сломается, вомнётся, прогнётся вовнутрь, а папа пойдёт дальше заливать бельма. Потому что папа находился в такой кондиции, когда одной рукой держался за дверь, а знаками что-то там показывал Мише. И мать конечно залебезила:

Нет, нет, нет! Не хочу! Но вы на него просто как-то воздействуйте!

Ну, не хотите, чтобы я его отлупил, я не буду, — и закрыл дверь. Воспитательный момент прошёл.

Мы вернулись домой, а на следующий день, когда я пошёл в школу, на меня ещё наехала классная руководительница. И я, со слезами на глазах, булькая и хлюпая, объяснялся перед всем классом:

Вы видите, во что превратились учебники!

То ли она попыталась перевести это в шутку, но получилось что-то подобное:

А что это ты такой дурачок, что ходишь с бутылочкой, ты же знаешь, что детишки шалят и кидаются портфельчиками!

Сквозь эти всхлипывания и проглоты соплей я пытался сказать что-то про то, что мне не дают денег на питание, и что же я должен пить воду из под крана, чтобы запивать эти бутерброды. На меня так посмотрели тогда с таким выражением лица, которое обозначало примерно следующее: «ты что, дебил, что ходишь с бутылочкой, ты вообще не крут, что у тебя бутылочка, ты вообще лох ливерный, только лохи ходят с бутылочкой!». Хотя у нас половина класса тоже приносило свою жрачку и питьё, но бутылочка разбилась именно у меня.

Миша какое-то время ходил слегка бледно-зелёный, потому что, по всей видимости, отец ему, тем не менее, сказал пару ласковых. Но, даже будучи темно-зеленым, он пытался всячески меня доставать: — Ты чё, не пацан, надо было ответить перед пацанами, а не жаловаться!

Сейчас этот Миша героиновый наркоман с большим стажем, имеет две ходки. В лучших традициях!

* * *

Где-то в 10–м классе конфронтация со сверстниками достигла такой степени, что я ходил в школу с ножом. Меня пинали, давали подзатыльники, хотя на это я ещё как-то отвечал. Но всё это было на фоне того, что придёт большая жопа.

Меня постоянно грозились забить ввосьмером, вдесятером. Я помню случай, как на меня зимой напали с лопатами. Там какие-то козлы из других классов чистили снег и решили «пошутить». С одним мы подрались. Я был более злым, чем он, подмял его под себя, начал душить и бить затылком по бордюру. Пока мы просто валялись, все остальные стояли и смотрели. А как увидели, что я его уже побеждаю, на меня тут же накинулось человека три. Меня хорошенько попинали. Это продолжалось до тех пор, пока какая-то повариха не увидела этот беспредел и не закричала, тогда только они остановились.

Потом меня пытались «поставить на бабки», но у них не получилось. Меня пригласили в школьный туалет, там стояло пятеро человек. Двое у двери, чтобы я не выскочил, и трое со мной разговаривало. Нож к тому времени я уже раскрыл. Правая рука у меня уже была в кармане на ноже. И я себя настраивал на то, что если сейчас кто-нибудь из них рыпнется в мою сторону, то я буду резать. Но опять-таки то ли судьба, то ли ещё что-то меня спасло, что ни разу меня даже не ударили. Меня попытались психологически задавать, но мне удалось это разрулить, я сказал, что подам в ментуру. Разговор был долгий, и я опоздал на урок. Потом я даже узнал, что эта компания доила как минимум двух человек из нашего класса.

* * *

Мою маман и тётку беспокоило лишь то, чтобы я учился, и не было троек. По поводу всего остального касательно меня им было целиком и полностью до узды! Им было наплевать на то, что половина школы была настроена против меня. Они не знали, что я хожу в школу с ножом. Они даже не подозревали о том, что у подрастающего мальчика могут быть такие проблемы. Когда это всё достигло апогея, я сделал самодельные гранаты из сифонных баллонов и ходил с ними в школу.

В школе меня жестоко прессовали сверстники. Я был не просто мальчиком для битья, я им огрызался, и этим ещё больше бесил. Я вызывал у них такую антипатию, потому что считал их за говно. В принципе, как я уже потом анализировал — это были обычные, нормальные ребята. Казалось бы, дружи и общайся! Но у меня к ним было примерно такое же отвращение, какое испытывают какие-нибудь металлисты к реперам или наоборот. Как к людям второго сорта. Я считал, что они дерьмо.

Я сам ребёнок из псевдоинтеллигентной семьи. Мать учила, что драться нельзя, а те, кто курит и пьёт — те хулиганы, козлы и гандоны. Те, кто так делал, вызывали у меня негатив. Всё это было «прошито» в подкорку. Я не мыслил тогда своими мыслями. Я мыслил словами матери. И это вызывало бессознательный конфликт со сверстниками. Плюс ко всему я их ещё и боялся, потому что подсознательно были прошиты программы о том, что «они хулиганы, которые могут обидеть». У меня была смесь ненависти и страха. Причём ярко заметная и выраженная. Плюс ко всему этому я был нахрапистым и дерзким на язык пареньком. Никаких друзей у меня, разумеется, не было. Были лишь приятели.

Мать постоянно была на измене:

Ах, ребёнок пошёл на улицу! Ах, его там научат плохому!

У нас во дворе был парень Серёжа, с которым мы учились материться. У нас была такая игра. Мы заходили за дом и начинали развивать этот вербальный навык. Он материл меня, потом я начинал материть его. Вот в таком дружеском формате мы и обучались.

Этот Серёжа очень рано начал курить. Он, и такие как он, вызывали большой страх и тремор конечностей у моих родителей. Если мальчик со спичками — то у них случался чуть ли не обморок!

К слову сказать, я был не один такой запуганный ребёнок.

Тогда я любил баловаться спичками. Мы жгли костры. У нас была игра «Вьетнам». Из каких-то коробок строились домики на песке. Брались полиэтиленовые мешки, которые капают, когда их подожжёшь. И мы начинали ими размахивать, представляя, что мы американские бомбардировщики над деревнями Вьетнама. Это было такое простое детское увлечение. Никаких взрывчаток тогда ещё не было. Это были первые пиротехнические зачатки.

И тогда у нас во дворе гулял какой-то мальчик, и я ему заговорщицки показываю, дескать, у меня есть спички, пошли, разожжём костёр! Мальчик на меня посмотрел шальным взглядом. Когда он увидел спички, его просто переклинило. И он тут же молча развернулся и куда-то ушёл. Я подумал: «Ну ладно, какой-то баран». Я нарвал себе веточек и стал разжигать под трансформаторной будкой костёр. Тут приходит этот парень с бабушкой и показывает на меня: — Бабушка, а у него спички!

Я тут же быстро затоптал этот костёр и убежал. Я тогда на него обиделся, потому что не терпел мелких ябед, а он настучал на святое, на спички и на костёр!

Мать всего этого панически боялась. Если бы она, не дай бог, просто бы нашла у меня этот коробок, то я даже боюсь представить, что бы она устроила!

Я помню, как я первый раз попробовал папиросы. К нам приехали родственники, и дядька курил «Беломорканал». Они гостили у нас где-то неделю, и я вытаскивал где-то по папиросине в день из этой пачки и скопил штук пять папирос. Своё знакомство с курением я начал с «Беломорканала».

Я сожмакал эту папиросину, обслюнявил и сел курить на лоджии, думая, что никого нет. И тут раздался стук в дверь! Пришла бабка, увидела, что я курю, прочитала мне небольшую нотацию и сказала, что она не будет говорить матери, но только чтобы я больше не курил. Я так раскаялся и отдал ей сразу все мои запасы. Мне было так страшно и стыдно, что начало колотить. Я как представил, какой это будет позор, если узнает мать и тётка о том, что я курю, я пропащий человек! И если они покажут на меня пальцем и выразят дружное «фу», то жизнь закончена. «Ты мне не сын!» Вот тогда я сильно испугался и долго не курил.

Мне постоянно бубнили «учись, учись, учись, ты только закончи школу, главное закончить школу» на фоне такой постоянной чуши:

Ты что не убрался, давай стирай свои носки, трусы, протирай тряпкой пыль, помой полы!

Или что больше всего меня убивало:

Ты должен дежурить! Все мальчики в своей комнате всегда убираются!

А ещё у нас по субботам была генеральная уборка… Я, сейчас, когда это вспоминаю, так тоскливо делается… Это не просто уборка, когда за 2 ч. 15 мин. выхлопываются половички, моются полы и протирается пыль. Нет, это целая суббота, весь день! С утра эта уборка начиналась, на два часа выхлопывание половиков, потом мы выносили паласы, матрасы и так каждую неделю!

Или ещё было такое как:

Пока мы на работе, ты должен вымыть полы!

И мне ничего не оставалось делать, как мыть эти грёбаные полы! Я их драил, начиная от своей комнаты и заканчивая кухней.

Естественно, это было всё со скандалами, они пытались переломить меня, я сопротивлялся, устраивались войны, с плачем, с истериками, с недельными неразговариваниями друг с другом, когда мне перекрывали даже те 15 копеек раз в неделю на мороженое, не пускали гулять на улицу, ставили в угол, угрожали ремнём и т. д.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27

перейти в каталог файлов


связь с админом