Главная страница

За гранью невозможного_ Северное Сердце. Название За гранью невозможного


Скачать 1.11 Mb.
НазваниеНазвание За гранью невозможного
АнкорЗа гранью невозможного_ Северное Сердце.doc
Дата18.10.2017
Размер1.11 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаЗа гранью невозможного_ Северное Сердце.doc
ТипДокументы
#27817
страница1 из 18
Каталогid273818555

С этим файлом связано 38 файл(ов). Среди них: Test_razdel_6.docx, За гранью невозможного_ Северное Сердце.doc, Test_razdel_5.docx, NHWbeginTB.pdf, EGE-2016_Biologia_Tip_test_zadan_Kalinova_Mazyarkina_2016_-120s., Test_razdel_4.docx, NH_English_Course_-_beginner_-_Workbook_By_RaSheeD.pdf, EGE-2016_Fizika_Tip_test_zadan_Lukasheva_E_V_2016_-128s.pdf и ещё 28 файл(а).
Показать все связанные файлы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18



Название: За гранью невозможного
Автор: Северное Сердце
Бета: Amnesia, Kalinka
Рейтинг: R
Пейринг: СС/ГГ
Жанр: Romance
Дисклаймер: Все свое ношу с собой, все чужое только взято во временное пользование и непременно будет возвращено создательнице(хотя не всегда в неизменном виде)
Саммари: По случайному стечению обстоятельств Гермиона становится ученицей Дамблдора и на два года покидает Англию... Как меняется она, ее отношения с людьми и особенно с одним человеком...
Размер: макси
Статус: Закончен

Глава 1. Пролог

Шестой год обучения «гриффиндорской троицы» подходил к концу. До долгожданных каникул оставалось 8 дней и 2 экзамена (по трансфигурации и арифмантике), но атмосфера, царившая в главном зале во время ужина, мало чем напоминала обычное для летних дней в Хогвартсе радостное предвкушение.

Вот уже два месяца, как перестали поступать какие-либо сообщения о нападениях со стороны Пожирателей смерти. Последней информацией, полученной от хогвартского двойного шпиона, было то, что Темный лорд намерен покинуть территорию Британии на два года, чтобы собрать под своим началом темную армию, равных которой не было в истории, и с ее помощью раз и навсегда перекроить мир согласно законам истинной силы. Ни у кого из тех немногих, кто был посвящен в подробности планов Лорда, не возникало сомнений, что будущая армия Волдеморта оставит от известного им мира только размытую черную тень, распростертую под ногами повелителя.

Несмотря на кажущуюся передышку, имеющуюся благодаря отсутствию нападений, в стане Ордена Феникса царили упаднические настроения. Такого поворота событий явно не ожидал никто, и следует признать, что он не сулил ничего хорошего. Силы ордена были серьезно подточены постоянными и довольно точными атаками Пожирателей в течение последних семи месяцев. За это время численность светлых сил сократилась на треть, даже если учитывать довольно существенное пополнение Ордена новыми членами. Да, возможно, у них будет года два для восстановления сил и подготовки к сопротивлению, но использовать это время для создания армии равной по силе армии Темного Лорда... Рассчитывать не приходится. Все попытки привлечь к борьбе любые силы других стран раз за разом с треском проваливались. Потенциальные союзники отказывались вмешиваться во «внутренние конфликты колдовской Британии», и, поскольку их странам открыто ничего не угрожало, предпочитали держаться в стороне.

Что же касается самой Британии, то здесь дела обстояли не лучше. За последние два года Орден Феникса собрал всех, кто готов был хоть как-то принимать участие в сопротивлении, и рассчитывать в ближайшее время на пополнение можно было лишь за счет некоторых учащихся выпускных классов. А в свете последних событий и наступающего длительного затишья можно предположить, что и те немногие, кто еще мог присоединиться к светлым силам, предпочтут оставаться в стороне, постепенно поверив в окончание странной войны. Уже сейчас заголовки «Ежедневного Пророка» пестрили сообщениями о внезапной безвременной кончине Темного Лорда, его переезде в Южную Америку, а так же версиями о том, что его возрождение и вовсе было полным фарсом. Министерство всеми силами отвоевывало потерянный авторитет, а люди, так уставшие от постоянного страха за своих близких, хоть и не верили ни одной из расхожих версий (слишком часто за последние годы правительство ошибалось в своих заявлениях), но все же вздыхали с облегчением, не находя на первой полосе сообщений о нападениях и гибели людей.

Жизнь в школе волшебства и чародейства Хогвартс, как всегда протекала немного по иным законам, чем в остальном магическом мире. Здесь, каким-то невероятным образом (о котором подозревали все, но в точности знал только чудаковатый директор неопределенного возраста) распространялись слухи обо всем, что происходит в самой школе и далеко за ее пределами, и, как после выяснялось, слухи оказывались как нельзя ближе к истинному ходу событий. Настоящее время не стало исключением — по школе активно расползались разговоры о том, что теперешнее мирное существование магического мира на самом деле лишь затишье перед бурей. Ученики старших классов проявляли искреннюю заинтересованность в любой практически применимой для будущей борьбы информации, преподаватели в свою очередь активно вносили изменения в учебные планы, ориентируя их все больше на практическую необходимость дать школьникам навыки самозащиты и знания, позволяющие выжить, а не на получение баллов на экзаменах. Конечно, впереди были долгие летние месяцы, за которые о многом можно было позабыть, но сейчас, во время ужина, за столами старших курсов чаще обсуждались последние новости, чем планы на каникулы.

— Гарри, что с тобой сегодня? Ты за весь день и двух слов не проронил, у тебя что-то случилось? — темноволосый юноша в очках, до этого момента невидящим взглядом уткнувшийся в содержимое собственной тарелки, поднял взгляд на обеспокоенное лицо своей однокурсницы и старосты Гриффиндора Гермионы Грэйнджер.

— Нет. То есть да... но ничего плохого, — поспешил добавить юноша, заметив в карих глазах подруги зарождающуюся тревогу (она всегда о нем тревожилась больше чем необходимо и опекала, как это могла бы делать, к примеру, старшая сестра, хотя они с Гермионой были одного возраста).

— Просто Дамблдор сказал, что мне не придется возвращаться к Дурслям на каникулы, так что летом я буду находиться в доме Сириуса.

— Так это же здорово! — вмешался в разговор высокий рыжий парень со множеством веснушек на широком носу и щеках, только что оторвавшийся от самозабвенного поедания яблочного пирога. — Тебе не придется терпеть издевательства этих магглов, и может, на пару недель сможешь вырваться в Нору, побездельничаем, погоняем с близнецами в квидич.

— Помолчи, Рон, — оборвала его девушка. — Иногда твоя непосредственность становится просто невыносимой. Неужели ты не понимаешь? Извини, Гарри, тебе, наверно, очень тяжело снова возвращаться в этот дом, после всего, что случилось. Но, в конце концов, это ведь теперь твой дом, и ты со временем привыкнешь. Или тебя еще что-то беспокоит?

— Не знаю... Меня не покидает чувство, будто после этого переезда все изменится, это глупо, но... Понимаешь, Дамблдор сказал еще, что для меня скоро начнутся специальные занятия, так что летом бездельничать не придется, и меня это больше радует... Но это затишье и начало занятий не простое совпадение, они решили меня подготовить... вот я и думаю, что теперь все будет по другому.

— Знаешь, мне тоже так кажется, — Гермиона вдруг стала совсем серьезной, и из ее голоса исчезли привычные покровительственные интонации. — В конце концов, мы ведь всегда понимали, что должно произойти, у нас и так было достаточно времени, чтобы к этому подготовиться... Я не хотела вам говорить заранее, пока ничего не решилось, но думаю это не так важно... Я решила сдать седьмой курс экстерном, я и так уже изучила больше половины программы седьмого курса и не вижу смысла терять целый год на просиживание за партой, я хочу делать что-то полезное... для всех нас. Думаю, директор не будет возражать и даст разрешение на досрочную сдачу экзаменов.

— Но, Герми, как ты можешь, а как же я, ты что, так запросто все бросишь, я ничего для тебя не значу?

— Рон, я же не говорила, что собираюсь тебя бросить, я даже не уверена, что не буду и дальше находиться в Хогвартсе, ведь мои родители переехали в Австралию, а своего жилья у меня нет, но я не хочу больше быть школьницей, я хочу участвовать в настоящей жизни... И, пожалуйста, не называй меня «Герми», я уже сто раз говорила что мне это не нравится.

Если ты считаешь, что ты будешь делать все, что тебе вздумается, даже не посоветовавшись со мной, а я буду со всем мириться и молча дожидаться тебя, как это было почти полгода после каникул, то ты ошибаешься. Я больше не буду таким болваном. Если ты бросишь школу, то нашим отношениям конец.
Парень просто кипел от злости и последнюю фразу произнес так громко, что даже с соседних столов студенты стали оборачиваться на повздорившую парочку.

— Рон, ну зачем ты так?
Глаза Гермионы наполнились слезами, и она дрожащим голосом пыталась еще что-то объяснить, но ее объяснения уже летели в спину вскочившего с места и быстрыми шагами удаляющегося из Большого зала парня.

— Не переживай, Гермиона, он одумается... это он сгоряча... — пытался успокоить плачущую подругу Гарри. — В конце концов, он не может не понимать, что сейчас на самом деле важно.

— Гарри, он наш друг, и даже больше для меня, и мы столько всего пережили вместе, но боюсь, что именно этого он не понимает, а когда поймет, уже будет поздно...

Глава 2. Неожиданный поворот лестницы

Девушка стояла у зеркала неподвижно уже десять минут, критическим осматривая собственное отражение. Темно-бордовая бархатная мантия, расходящаяся от тонкой талии широкими складками, была идеально разглажена, непослушные каштановые волосы собраны в плотную косу, перевязанную на конце атласной алой лентой, губы, мягко подчеркнутые полупрозрачным блеском, слегка поджаты, а в светло-карих глазах застыла смесь волнения и решительности. Она была готова.

Гермиона никогда не была легкомысленной, и предпочитала заблаговременно обдумывать все важные решения, особенно если дело касалось такой серьезной темы как обучение. Вот уже несколько месяцев она прокручивала в мыслях возможные варианты, взвешивала все «за» и «против», и, в конце концов, ясно определилась со своими планами на будущее. Казалось, она предусмотрела все, множество раз составив схему предстоящей беседы и даже отрепетировав у зеркала свою речь, но все откладывала и откладывала день разговора, и сейчас, когда пришло время действовать, мысли спутались, ноги предательски подкашивались, а в ушах стоял шум как от морской раковины. «Соберись, Гермиона, ты же гриффиндорка, а гриффиндорки не поддаются беспричинной панике», — пыталась втолковать девушка своему растерянному отражению. — Сейчас или никогда!«.

Похоже, эти самоувещевания помогли, поскольку она, хоть и не помнила, как сюда добралась, но уже стояла у заветной двери с поднятой рукой, намереваясь постучать. Еще одна секунда, рука касается двери, сердце пропускает один удар, и с другой стороны двери раздается резкое: «Войдите».

— Мисс Грэйнджер? Могу я поинтересоваться, что вы здесь делаете, вместо того, чтобы паковать вещи? Если я не ошибаюсь, у вашего курса в этом году нет экзамена по зельеварению...
Северус Снейп сидел за учительским столом, слегка склонившись и не отрывая взгляда от пергамента, лежащего перед ним. Кажущаяся мягкость голоса профессора каким-то невообразимым способом лишь подчеркивало нескрываемое раздражение, сквозящее в его словах.

— Нет, сэр, не ошибаетесь, — ответила девушка, пытаясь подавить вновь нахлынувшее волнение.

— В таком случае, зачем вы здесь? — переспросил холодный резкий голос.

— Я хотела обсудить с вами свои планы дальнейшего обучения, сэр, — выпалила она на одном дыхании.

— Вы явно что-то путаете, вашим деканом по-прежнему остается профессор МакГонагалл, или вас перераспределили в Слизерин? Это было бы весьма забавно...
Ну вот, и долгожданный сарказм, но она не должна отвлекаться на язвительные комментарии, у нее есть цель.

— Нет, сэр, меня не перераспределяли, просто я сдаю последний курс экстерном. Директор уже подписал разрешение, — все силы девушка сконцентрировала на поддержании этого ровного, спокойного тона.

— Что ж, не удивительно... Но я по-прежнему не понимаю, почему вы пришли с этим ко мне, экзамены у выпускных курсов принимает специальная экзаменационная комиссия, а не преподаватели.

— Да, профессор, я знаю, директор Дамблдор мне все объяснил. Я пришла совсем не по поводу экзаменов.

— Так поведайте мне, наконец, зачем потратили уже семь минут моего времени?
Снейп оторвался от пергамента на столе и бросил уничижительный взгляд на незадачливую студентку, у него совершенно не было желания разбираться с проблемами гриффиндорцев.

— Я хотела просить вас принять меня в ученицы.
На мгновение в непроницаемых черных глазах промелькнула тень удивления и даже интереса, но в следующую секунду они снова выражали только холодное безразличие.

— Это невозможно, мисс Грэйнджер.

— Но, сэр, я понимаю, что вы не слишком хорошо относитесь к гриффиндорцам и ко мне лично, но, может быть, вы подумаете... Я хотела бы показать вам некоторые наброски возможного плана работы, может вас бы это заинтересовало, — похоже, девушка заранее предполагала такой ответ и не собиралась сдаваться так просто.

— Мисс Грэйнджер, я понимаю, что на вашем факультете логику, мягко говоря, не жалуют, но что именно в значении слова «невозможно» вам не понятно? Впрочем, можете не отвечать, я и так знаю... Специально для вас поясню: «невозможно» означает, что нет никакого способа выполнения вашей просьбы, в независимости от моего желания или нежелания.

— Но почему?
Наверное, задавать подобный вопрос профессору Снейпу было опрометчиво, но девушка, похоже, была искренне расстроена. Гермиона нервно теребила ленточку на кончике косы и кусала нижнюю губу.

— Думаю, наиболее уместным ответом было бы: «не ваше дело», но поскольку вы и так вскоре узнаете причину, не вижу смысла этого скрывать. Дело в том, что по просьбе директора я уже взял одного ученика, и к моему огромному неудовольствию этим учеником является Поттер. Надеюсь, не стоит вам объяснять, что на обучение двух гриффиндорцев у меня нет ни времени, ни терпения, — открытое разочарование в глазах девушки немного удивило Снейпа, он вовсе не мог предполагать, что Всезнайка захочет учиться у него после всех его язвительных замечаний за шесть лет, да еще и расстроится из-за отказа. — У вас нет причин расстраиваться по этому поводу, мисс Грэйнджер, уверен, профессор МакГонагалл или любой другой из профессоров Хогвартса с радостью согласится вас курировать.

— Да, конечно, я понимаю... Извините, что отняла у вас время, профессор. Она развернулась и быстро прошла к двери, чтобы успеть выйти, пока на глазах не выступили слезы, и уже в дверях услышала слова профессора.
— Мисс Грэйнджер? — на секунду в ее сердце встрепенулась надежда, но как только она повернулась, надежда испарилась, — Думаю, это ваше, — на узкой бледной ладони профессора лежала свившаяся как змейка алая ленточка Гермионы. Профессор приблизился к ней и протянул руку с ленточкой. По совершенно непонятной причине в горле у девушки пересохло от усилившегося волнения. Она потянулась, чтобы взять ленточку, и на короткое мгновение ее ладошка накрыла большую теплую ладонь Снейпа, от этого случайного прикосновения сердце пропустило удар, и она нервно сглотнула.

— С-с... спасибо, профессор, — заикаясь, пролепетала она и выбежала из кабинета.

Уже на обратном пути в Гриффиндорскую башню Гермиона отчаянно ругала себя за свое поведение (и что это на нее нашло?), за то, что даже не рассматривала всерьез возможности отказа (т.е. она предполагала, что Снейп может отказаться, но в этом случае она надеялась на помощь директора и думала, что он сумеет уговорить зельевара, но вот такого варианта...). Сейчас она уже не могла отказаться от сдачи экзаменов экстерном, потому что все бумаги уже оформлены, и назначен день приезда комиссии, а никакого запасного плана действий у нее не было.

Она бежала по коридорам, желая как можно быстрее добраться до собственной спальной и никогда оттуда не выходить, ее щеки раскраснелись от бега, а волосы расплелись и растрепались. Состояние полной неопределенности повергло девушку в уныние, которое уже грозило перерасти в панику, когда очередная лестница у нее под ногами резко изменила направление и направила Гермиону в совершенно другой коридор. Решив, что можно и обойти немного, а не дожидаться изменения настроения непредсказуемых лестниц, она пошла по этому коридору и, пройдя около половины пути, остановилась у статуи каменной горгульи. Постояв несколько секунд перед статуей, она тряхнула каштановой копной волос, словно в знак согласия с самой собой, и произнесла пароль. Позже, сидя в своей комнате и все еще не веря в реальность произошедшего, она прокручивала в голове удивительно короткий разговор:

— Профессор Дамблдор, возьмите меня в ученицы.
— Хорошо, мисс Грэйнджер.
— Дело в том, что... Ой... Что правда, вы согласны меня учить?
— Да, мисс Грэйнджер, правда.
— Но... вы ведь никогда не брали учеников?
— Просто раньше меня никто об этом не просил...

Глава 3. Ученица Дамблдора

28 июня — Первый день моего ученичества.
Когда Дамблдор согласился взять меня в ученицы, я думала, что разорвусь от гордости и счастья. До сих пор не могу поверить, что набралась наглости попросить его об этом. Если бы не состояние, которое сейчас мне кажется ничем иным, как помутнением рассудка, мне бы и в голову не пришла подобная идея. Теперь мне приходится признать, что «здравый рассудок» не такая уж полезная вещь и в прошлом был сильно мною переоценен. Это весьма полезное умозаключение позволяет мне принять решение, о котором я думаю весь день, и, честно говоря, это решение меня не радует, наоборот — мне очень страшно, но похоже выбора у меня нет.

Итак, мое первое решение: «Во время своего ученичества я не буду следовать тому, что подсказывает мне рациональное мышление». Написала, и стало немного легче. Дело в том, что с самого утра меня преследовало чувство, что мне на шею повесили каменную глыбу и сбросили в океан, я задыхалась от безысходности и страха захлебнутся в этой холодной бездне. И я ничуть не преувеличиваю остроту этого чувства. Но все по порядку...

Утром я пришла в кабинет директора, чтобы наметить план занятий на время каникул. У меня была неделя свободного времени, которую я, конечно же, провела в библиотеке, выискивая информацию и составляя списки того, чему хотела бы научиться. Мне никак не хотелось казаться неподготовленной к этой важной беседе, поэтому я заодно пересматривала все книги по высшей магии, которые попадались на глаза. Но к тому, что меня ожидало, я не могла быть готова даже если бы выучила все содержание Хогвартской библиотеки наизусть. Едва войдя в кабинет, не успев задать ни одного вопроса, я получила от Дамблдора краткие инструкции, которым обязана следовать ближайшие три месяца.

1. Я должна молчать. Нет, не только на наших занятиях, а вообще... постоянно... все три месяца. Я не должна произнести ни слова (причем на меня не были наложены специальные чары, которые бы мне запретили это делать, я должна сохранять молчание добровольно, без всяких чар). Так же я не могу вести переписку с кем-либо или дневник, или конспекты — ничего. Единственное исключение — этот пергамент, подаренный Дамблдором и зачарованный так, что каждое утро снова становится чистым, и все, что я тут пишу, исчезнет, когда я проснусь завтра. Утром мне хотелось спросить у директора, зачем же что-то записывать, если потом все равно нельзя будет прочесть, но спрашивать о чем-то я не смогу еще долго. Впрочем, ответ на этот вопрос я уже знаю. Я пишу на этом идиотском пергаменте, чтобы не сойти с ума, слишком нереальным мне кажется происходящее, слишком много мыслей и эмоций пытаются вырваться наружу, и я выливаю их на пергамент тоненькими полосами магических чернил... Но, похоже, я отвлеклась от темы.

2. Я должна приступить к изучению шести новых языков (сейчас я знаю только три: родной английский, французский (довольно хорошо, так как начала изучать его еще в начальной маггловской школе) и основы латыни. А предстоит мне выучить следующие:
Русский
Итальянский
Греческий
Древнеэльфийский
Вейлийский
Парселтанг

Больше всего меня удивил последний, не только потому, что я не представляю, зачем он может кому-то понадобиться, а в основном потому, что считала обучение ему невозможным. За все годы учебы мне не встречалось ни одного упоминания о такой возможности или о ком-то, кому это удалось, поэтому я считала, что владение парселтангом — это врожденная способность. Но, как оказалось, для обучения этому языку существует вполне обычный учебник, изданный еще в одиннадцатом веке колдуном-змееустом, и по нему может заниматься любой желающий, просто желающих за это время было не много, и они предпочитали держать свои знания в секрете из-за укоренившегося предубеждения в магическом обществе против змееустов. Да, кстати, Дамблдор подарил мне маленькую изумрудную змейку, чтобы я могла практиковать парселтанг в общении с ней. Сначала я чуть не умерла от страха, увидев ее, а теперь, по прошествии всего нескольких часов, она мне даже начала нравится. Не знаю, выйдет ли из меня змееуст, но Сашу (так ее теперь зовут — в учебнике написано, что змеи легче привыкают к имени, если оно состоит их привычных для них звуков) я оставлю у себя в любом случае. К моему огромному удивлению Косолапсусу она тоже понравилась.

В замке во время летних каникул очень тихо и спокойно. Сейчас я буквально каждой клеточкой чувствую его надежную защиту, которая ограждает обитателей Хогвартса от всех опасностей внешнего мира. Немного скучаю по Гарри и Рону (с Роном мы так и не успели помириться до его отъезда), даже по родителям... Но зато у меня уйма времени, чтобы готовиться к экзаменам, и все разделы Хогвартской библиотеки в моем полном распоряжении. Я давно мечтала покопаться в Запретной секции без постоянного присмотра со стороны миссис Пинс.

Хм... Сама не заметила, как настроение из панического медленно перешло в почти приподнято-оптимистическое! Наверное, на способности стирать все записи по утрам магические свойства этого пергамента не заканчиваются. Итак, решения приняты, эмоции выплеснуты, и хотя мне все еще кажется, что я нахожусь среди холодного бушующего океана, камня на шее я уже не чувствую, и еще появилась слабая надежда, что я все же выплыву...

17 июля
Давно ничего не записывала, наверное, потому, что писать было почти не о чем. Уже три дня я полностью предоставлена самой себе. С Дамблдором эти дни виделась только на обеде. Вообще наши «занятия» проходят довольно странно — я прихожу к нему в кабинет, мы пьем чай со сладостями, потом он рассказывает мне разные истории из своей жизни или жизни других волшебников (думаю, некоторые истории он придумал сам), иногда он задает мне вопросы (хотя сам запретил говорить), и я потом долгое время сочиняю разные варианты того, как могла бы ему ответить... Никаких заклинаний, никакой боевой магии, даже теории. Это все похоже на обычные дружеские посиделки, если не брать во внимание, что слово «дружеский» вряд ли можно применять в отношении обычной ученицы и величайшего колдуна современности, но Альбус (он настаивает, чтобы я называла его по имени) похоже и не берет это во внимание. Я никогда не могла бы ожидать от него той степени открытости, откровенности и доверия к себе, которые он демонстрирует во время наших бесед. Он посвящает меня в свои личные воспоминания, планы, идеи... это просто удивительно. Я уже не представляю, как могла жить раньше, не зная этого человека. Именно «человека», потому что как человек Альбус Дамблдор намного глубже, интереснее, мудрее, чем Дамблдор-Величайший-Колдун-Директор-Хогвартса-Любитель-Лимонных-Долек...

Все-таки в записи собственных мыслей есть нечто очень полезное. Вот сейчас мне пришло в голову, что именно такой способ занятий совершенно не случаен. Похоже, так Альбус хотел показать мне, что в человеке первична его внутренняя суть, характер, душа, а магические способности как бы являются продолжением человека, они словно вытекают из его личных качеств. И, возможно, это может объяснить, почему последние дни у меня нет никаких заданий, похоже, впервые в жизни у меня просто появилась возможность побыть наедине с собой. В замке осталось лишь несколько человек: Альбус — он здесь живет весь год, Хагрид и Филч тоже, еще профессор Снейп (днем он занимается с Гарри на площади Гриммо, но вечером обычно возвращается), иногда появляются профессор МакГонагалл и мадам Помфри. Я много гуляю, погода стоит просто замечательная и по-летнему теплая, особенно мне нравится проводить время на правом берегу озера за холмом, там у самой воды стоит скамейка, на которой приятно отдыхать, почитать или даже подремать. Не знаю, кто ее поставил, но я здесь никого никогда не встречала (хотя после дождя там были чьи-то следы, значит, кто-то к ней все же приходит). Поскольку замок и прилегающая территория огромны, я редко встречаю кого-то кроме как во время обеда, мне не приходится переживать, что я не могу говорить — это совершенно не нужно, ко мне почти никто не обращается, а если обращаются, то в ответ обычно достаточно кивнуть или несогласно покачать головой.

Вообще я стала замечать, что по выражению лица, взгляду, осанке часто можно больше узнать о человеке и его мыслях, чем из самой долгой и обстоятельной беседы. В разговорах люди часто оперируют незначительными понятиями, прошлыми чувствами и идеями, собственными заблуждениями, а тело человека говорит о настоящем моменте, о состоянии человека, оно не заблуждается, не пытается произвести впечатление умными фразами, оно просто передает то, что есть. Еще я заметила, что, когда перестала говорить, то стала внимательнее относиться ко многим вещам, стала больше наблюдать за окружающим миром: за природой, за людьми, даже за собой... Я в последние дни стала ощущать, каково же это — быть самой собой, ведь никто, кроме меня, не интересуется моей скромной персоной, и я поняла, что сама себя почти не знаю, знаю только, что я не та Гермиона Грэйнджер, которую привыкли видеть во мне окружающие да и я сама тоже... Наверное, этого и добивался Альбус. Того, чтобы я поняла, кто я, чего я хочу, к чему стремлюсь. Да, серьезные вопросики... Но он прав, если сейчас я этого не пойму, то, возможно, потом уже будет поздно. Совсем скоро я покину школу (мое прошлое желание оставаться здесь было продиктовано только детским страхом перед открытым миром, и, когда я это поняла, то решила покинуть школу при первом же случае. Я гриффиндорка, а не какая-то трусиха, и до того, как это произойдет, нужно выбрать свой собственный путь, и лучше выбрать то, что мне действительно близко, понять бы только, что...

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   18

перейти в каталог файлов
связь с админом