Главная страница

Рубинштейн С. Я. Экспериментальные методики патопсихологии. Рубинштейн С. Я. 82 Экспериментальные методики патопсихологии


Скачать 1.62 Mb.
НазваниеРубинштейн С. Я. 82 Экспериментальные методики патопсихологии
АнкорРубинштейн С. Я. Экспериментальные методики патопсихологии.doc
Дата28.09.2017
Размер1.62 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаРубинштейн С. Я. Экспериментальные методики патопсихологии.doc
ТипКнига
#11870
страница3 из 22
Каталог
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22
ЧАСТЬ II

5. ВВОДНЫЕ МЕТОДИЧЕСКИЕ ЗАМЕЧАНИЯ

Порядок описания методик носит характер очень условной схемы в связи с указанной ранее возможностью разнообразного истолкования экспериментальных данных (т. е. в связи с тем, что методика, предназначенная для исследования памяти, может дать материал для анализа мышления и эмоционально-волевой сферы больных).

Вначале приводится описание группы методик, направленных на исследование сенсомоторной сферы и внимания. Затем опи­сывается группа методик, направленных на исследование памяти и на исследование мышления. В последнюю группу методик вошли лишь некоторые, направленные на исследование эмоционально-волевой сферы больных, их самооценки и так называемой внут­ренней картины болезни.

Описание каждой методики состоит из четырех разделов, обозначенных номерами: 1, 2, 3, 4.

В первом разделе указывается преимущественная направ­ленность методики, возможность дополнительного истолкования ее данных и краткие сведения об источниках ее возникновения.

Второй раздел содержит указания на то, какие аппараты или наглядные пособия нужны для проведения опытов, что должен подготовить экспериментатор перед началом опыта, а также указания, ограничивающие применение данной методики.

В третьем разделе содержатся описания порядка проведения опыта, инструкции и некоторые советы о том, как следует вести протокол опыта.

В последнем, четвертом разделе даются указания по поводу интерпретации экспериментальных данных.

При проведении экспериментальной работы следует учесть некоторые методические советы.

36

ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

ИССЛЕДОВАНИЕ СЕНСОМОТОРНОЙ СФЕРЫ

37


Обязательно вести протоколы опытов в момент их проведения; не следует откладывать оформление протоколов. Протоколы, ведущиеся во время работы с больным, будут не такими полными и аккуратными, как того бы хотелось, но зато они гораздо до­стовернее и точнее. Постепенно, приобретая навык, экспери­ментатор учится писать протоколы все более полно и аккуратно.

В процессе выполнения больным экспериментальных заданий экспериментатор задает ему вопросы и помогает правильно выполнить задание. Формы этой помощи могут быть очень различны.

Помощью является даже простое переспрашивание, т. е. просьба повторить то или иное слово, поскольку это привлекает внимание больного к сказанному или сделанному.

Иным видом помощи являются одобрение действий больного и стимуляция, например, словами: «хорошо, дальше».

Помощью могут быть вопросы о том, почему больной сделал то или иное действие, поскольку такие вопросы помогают больному уточнить собственные мысли.

Более значительная помощь — наводящие вопросы или критические возражения экспериментатора.

Дальнейший уровень помощи — это подсказ, совет дейст­вовать тем или иным способом.

Экспериментатор может показать больному, как действовать, и попросить его самостоятельно повторить это действие.

И наконец, можно прибегнуть к длительному обучению больного тому, как надо выполнять задание.

При описании отдельных методик приводятся указания на то, какие виды помощи в этом задании уместны. Выбор адекватных способов помощи остается одним из трудных разделов экспе­риментальной работы, требующим опыта и квалификации. Общие правила, которыми следует при этом руководствоваться, заклю­чаются в следующем:

а) раньше следует проверить, не окажутся ли достаточными
более легкие виды помощи, а затем уже прибегать к показу и
обучению;

б) экспериментатор не должен быть многословным или
вообще чрезмерно активным; его вмешательство в ход экспери­
мента, т. е. в работу больного, должно быть обдуманным, скупым,
редким;

в) каждый акт вмешательства, т. е. помощи, должен быть
внесен в протокол (так же как ответные действия и высказывания
больного).

Наибольшую трудность представляет анализ эксперимен­тальных данных. Важно суметь отграничить проявления патологии психической деятельности от особенностей психики, связанных с индивидуальными свойствами личности больного, или от не­правильного отношения к исследованию. Во избежание ошибок желательно, чтобы экспериментатор, во-первых, приобрел личный опыт экспериментального исследования психически здоровых людей и, во-вторых, рассматривая полученные им эксперимен­тальные данные при исследовании больных, сопоставлял их с кли­ническими. Психолог должен перед исследованием тщательно изучить историю болезни больного, включая последние дневники, и анализировать экспериментальные факты с большой сдержан­ностью и осторожностью.

На первых этапах ведения экспериментальной работы следует больше всего остерегаться произвольных, мало обоснованных толкований. Поэтому, делая в заключение какой-либо вывод из полученных экспериментальных данных, нужно обязательно записать те факты (действия или слова больного), из которых этот вывод следует. Полезно также проверить этот вывод с помощью других методик при повторном исследовании. Единичные, не повторяющиеся экспериментальные факты очень редко могут иметь существенное значение для клиники, особенно если полу­чены недостаточно опытным экспериментатором.

На основании анализа экспериментальных данных состав­ляется «заключение», которое вкладывается или вписывается в историю болезни (протоколы опытов сохраняются отдельно). О том, как составлять заключение, см. 11 главу.

6, ИССЛЕДОВАНИЕ СЕНСОМОТОРНОЙ СФЕРЫ И ВНИМАНИЯ

Зрительно-моторная координация

1. Назначение методики — исследовать точность движений обеих рук, умение больных координировать движения в заданном темпе, корригировать их под контролем зрения.

Применение этой методики позволяет выявить мало выра­женную сторонность поражения и отличить нарушения корковой коррекции движений от нарушений тонуса, связанных с пора­жениями подкорковых областей. Методика может быть полезна

38

ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

ИССЛЕДОВАНИЕ СЕНСОМОТОРНОЙ СФЕРЫ
39


при исследовании неврологических больных, а также в психиатри­ческой клинике, при выявлении органических поражений мозга.

  1. Для проведения опытов нужен электрокимограф с удли­
    нителем и укрепленная на нем система пневматической передачи
    от резиновой груши до чернильного писчика. На барабаны кимо­
    графа надевается бумажная лента, на которой темными чернилами
    расставлены на разной высоте (на расстоянии 4—6 см друг от друга
    наискосок) отдельные точки. Кимограф установлен так, чтобы лента
    двигалась со скоростью 60 см в минуту1.

  2. Больной усаживается на стул так, чтобы его правая рука от
    локтя до кисти лежала на столе, на котором установлен кимограф,
    а бумажная лента была прямо перед глазами. Экспериментатор
    берет в правую руку грушу так, чтобы нажимы на нее осуществлять
    большим пальцем, и показывает больному, что происходит с
    писчиком, когда он нажимает на грушу и когда отпускает ее. Он
    говорит больному: «Вот видите, когда я слегка нажимаю на грушу,
    перо идет вверх, а когда отпускаю — перо идет вниз». Экспери­
    ментатор убеждается в том, что больной это увидел, предлагает
    ему несколько раз перевести взгляд от груши к писчику. Затем
    экспериментатор продолжает: «Видите вы точки на бумаге? Лента
    будет двигаться (включает кимограф). Задача заключается в том,
    чтобы, нажимая на грушу, соединить чернильной линией все
    точки». Экспериментатор обводит сам 6—8 точек и при этом
    говорит: «Нужно попасть в каждую точку и постараться, чтобы
    линия от точки к точке была прямой и ровной». Затем экспери­
    ментатор передает грушу больному, проверяет правильность поло­
    жения груши в его руке (все предплечье руки и кисть должны
    лежать на столе, груша находится между вторым и третьим паль­
    цами, нажимы на основание груши производятся большим паль­
    цем) и говорит: «Теперь сделайте это вы. Сразу — редко у кого
    выходит хорошо, нужно немного поучиться».

После того как больной проделал задание правой рукой на ленте длиной в метр, его просят встать и усаживают за стол так,

Электр о ким о граф — довольно громоздкий и неудобный в обраще­нии аппарат, по внешнему виду сравнимый с фотоувеличителем (фотографию аппарата можно увидеть в предыдущих изданиях «Экспериментальных мето­дик...»), в настоящее время, пожалуй, уже устарел, хотя его еще можно обна­ружить в недрах старых психиатрических клиник. Сама методика довольно актуальна и поныне, особенно для медико-психологической экспертизы; по идее Ивановой А.Я. ее можно модернизировать, используя вместо кимографа компьютер с «мышью». — Прим. ред.

чтобы он положил на стол предплечье левой руки, и то же задание выполняется левой рукой.

В случае если выявляется заметное различие в качестве кривых, записанных правой и левой рукой, опыт необходимо сразу повторить, но при повторении раньше проводят запись левой рукой, а затем правой, чтобы исключить роль упражнения и утом­ления. Анализ результатов опыта проводится по формам получен­ных на бумажной ленте кривых (рис. 1).

Наличие такого объективного показателя, как записанные самим больным кривые, крайне упрощает протоколирование опыта. Остается лишь отметить в протоколе, насколько быстро была по­нята инструкция, сразу ли усвоил больной, когда следует нажимать, а когда отпускать грушу.




Это имеет значение потому, что при слабоумии в самых ранних стадиях апрактических расстройств некоторые больные с трудом усваивают зависимость между нажимами на грушу и движениями писчика.



Рис. 1. Норма

В протоколе отмечаются также высказывания больного о затруднениях, об усталости и т. д. (хотя разговоры во время работы не только не поощряют, но просят отложить).

В итоге форма протокола имеет следующий очень простой вид:

Фамилия больного. Дата

Рука

Понимание инструкции; дополнительные замечания

Оценка кривой

Правая

Левая







Кривую свертывают и прикалывают к протоколам. Само собой разумеется, что на ленте, в начале ее, также записывают фамилию больного и дату.

4. Результат этого очень простого и кратковременного экспе­римента дает объективный материал для анализа моторики боль-

40

ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

ИССЛЕДОВАНИЕ СЕНСОМОТОРНОЙ СФЕРЫ

41


ного. Выявляются различия в движениях рук, свидетельствующие о скрытой сторонности поражения. Неровность, толчкообразность движений, свидетельствующая об огрубении корковой коррекции движений, наблюдается при сосудистых поражениях мозга (рис. 2) и в более грубой форме — при алкоголизме (рис. 3).



Рис. 2. Толчкообразные движения больного атеросклерозом





Рис. 4. Тремор у больной, перенесшей энцефалит


Рис. 3. Толчкообразные движения больного при хроническом алкоголизме





Рис. 5. Замедленность движений при паркинсоноподобном синдроме сосудистого происхождения



факт: если больному, который обводит точки толчкообразной ли­нией, предложить продолжить кривую с закрытыми глазами (т. е. не стремясь попадать в точки, а просто нажимая и отпуская грушу), кривая станет плавной.

При паркинсоноподобных синдромах сосудистого происхож­дения в эксперименте исчезает свойственное больным дрожание рук (кривая, которую они записывают, носит плавный характер, но движения чрезвычайно замедленны, больные систематически «опаздывают», пропуская точки) (рис. 5).

У некоторых больных при исследовании отчетливо выступают атактические нарушения движения (рис. 6), у других — порывистые периодические подергивания (например, при хорее Гентингтона).

Обращает на себя внимание тот факт, что, несмотря на резко выраженные гиперкинезы, искажающие кривую, больные хореей Гентингтона после некоторого этапа обучения и адаптации к опыту умудряются все же попадать в точки (рис. 7).

Внезапные подергивания, очень похожие на хореаформные, но значительно слабее выраженные и реже прерывающие ход кривой, наблюдаются при различных органических поражениях центральной нервной системы с диэнцефальными синдромами. Правильнее было бы сказать, что это вообще не подергивания мышц руки, а именно характерный рывок кривой (рис. 8), возни­кающий из-за внезапного ослабления тонуса мышц, осуществляю­щих нажим на грушу.

При токсических профессиональных заболеваниях, в част­ности при длительном воздействии ионизирующего излучения, иногда, помимо толчкообразности движений, наблюдается быстро наступающая мышечная утомляемость; больные не в силах про­должать нажимы груши после 30—40 секунд (рис. 9). Нажимы на грушу на протяжении 2—2,5 минуты опыта, как правило, не вызы­вают мышечного утомления; только при хронических лучевых за­болеваниях мы наблюдали выраженную утомляемость в этом эксперименте.






Рис. 6. Атактические движения у больной, перенесшей энцефалит

Эту толчкообразность движений следует отличать от тремора, который совершенно иначе записывается на ленте (рис. 4). Одним из доказательств того, что толчкообразность кривой вызывается огрубением корковой коррекции движения, является следующий



Рис. 7. Компенсаторные возможности при хорее Гентингтона (больная попадает в точки, несмотря на гиперкинезы)

42

ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

ИССЛЕДОВАНИЕ СЕНСОМОТОРНОЙ СФЕРЫ

43






Рис. 8. Характерный «рывок» кривой при диэнцефальном синдроме


Рис. 9. Утомляемость к концу одной минуты


Рис. 10. Кривая больного-алкоголика в период абстиненции





Рис. 11. Кривая того же больного после лечения *



Рис. 12. Нарушение зрительно-моторной координации под влиянием

приема амитала

Проба отличается высокой чувствительностью. Поэтому ею удобно пользоваться для динамического наблюдения за больными ина выявляет сдвиги после проведенной терапии, например у алкоголиков (рис. 10, 11), и может служить индикатором фарма­кологических воздействий (рис. 12).

Литература

Рубинштейн С. Я. Методика исследования зрительно-моторной координации больных, страдающих сосудистыми заболеваниями мозга психические нарушения при атеросклерозе сосудов головного мозга |РУДЬ1 Института психиатрии Министерства здравоохранения РСФСР.

олодец Р. Г., Зейгарник Б. В., Рубинштейн С. Я. Вопросы психологии. 1963, № 5.
Слуховые восприятия

1. Методика предназначена для исследования того, различают
ли больные предметный источник тихих звуков, а также для
провоцирования и изучения слуховых обманов, возникающих
иногда у больных в процессе длительного прислушивания к тихим
звукам.

  1. Для проведения опыта нужен магнитофон, специально
    смонтированный таким образом, чтобы его репродуктор находился
    в возможно более тихой, т. е. изолированной от внешнего шума,
    комнате, а сам звукозаписывающий аппарат с кассетами — в другой.
    Кроме того, на ленте одной из кассет должны быть предварительно
    записаны следующие звуки: шелест страниц перелистываемой
    книги, журчание воды (при вдувании в нее воздуха через трубочку),
    звук перекатывания по дереву деревянных шаров, пересыпание
    крупы в тарелку, шум дождя, трение двух металлических пластинок
    и т. д. Длительность звучания каждого такого шума 55 секунд,
    затем интервал 5 секунд перед следующим звуком. На последние
    10 минут дается иной набор: короткие — на 3—5 секунд — звуки,
    отчетливо различимые по предметному источнику: звук кашля,
    падения на пол деревянных кубиков, звон стекла, свист, шепот,
    звук пролитой воды, всхлипывание, стук в дверь, пение птицы,
    вздохи и т. д. Интервалы между этими звуками аритмичны, в
    среднем 30—57 секунд почти абсолютной тишины. Длительность
    всего набора звуков 25 минут.

  2. Исследование проводится под видом проверки слуха. В
    комнате тихо, никого, кроме экспериментатора, нет, неполное
    затемнение (экспериментатор должен иметь возможность писать).
    Больного расспрашивают о том, хорошо ли он слышит, а затем
    говорят: «Сейчас мы проверим ваш слух. В этой комнате будут
    слышны тихие звуки. Слушайте их внимательно и все время
    говорите мне тихим голосом, что вам слышно. Если трудно будет
    понять, что именно слышно, говорите мне, на что этот звук хотя
    бы приблизительно похож, что он вам напоминает, но старайтесь
    как можно точнее определить звук. Слушать надо будет долго.
    Сядьте поудобнее и прикройте рукой глаза, тогда лучше будет
    слышно». (Если больной возражает или неохотно соглашается
    прикрыть глаза, настаивать ни в коем случае не нужно. Следует
    лишь позаботиться о том, чтобы больной сидел удобно. Желательно,
    чтобы он сидел в мягком кресле.) После этого лаборант в соседнем
    помещении включает магнитофон, т. е. опыт начинается. Протокол



44
ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

ведется на специально разграфленной бумаге, так что против места, обозначающего какой-либо звук, экспериментатор в соседней графе записывает все высказывания больного. Если больной молчит, экспериментатор тихим голосом спрашивает у него: «А сейчас что слышно? А сейчас?» Такие вопросы отмечаются в протоколе во­просительным знаком. Других слов экспериментатор не произ­носит, а вопросы задает как можно реже. В результате протокол имеет следующий вид:




Фамилия, и., о. Дата

Звук

Высказывания больного

Помехи

Перелистывание Бульканье

...Как будто мышь скребет...
шум (?) Как будто легкие
удары по металлу.
Вода переливается... Чайник
кипит... и т. д.




(Многоточиями обозначается длительное молчание больного.)

4. Применение данной методики выявило следующие факты. Пытаясь различить трудно различимый предметный источник зву­ков, как здоровые, так и больные вначале ассоциировали эти звуки с теми, которые были привычны им по профессиональному или житейскому опыту.

В последующие секунды здоровые переходили к более или менее объективной, предположительной характеристике этих зву­ков: говорили о трении металла, шелесте бумаги, бульканье и т. д.

Иначе происходил тот же процесс слуховых восприятий у исследуемых во время реактивных состояний истерического ха­рактера. В начале слушания звуков они, так же как и здоровые, ассоциировали слышимые звуки с привычными им по профессио­нальному или жизненному опыту звуками. В последующие секун­ды и минуты больные не исправляли свои толкования, как это делали здоровые, не уточняли характеристики звуков, а, напротив, полностью включались в эту припомнившуюся им ситуацию и начинали иллюзорно воспринимать звуки.

Так, больной, по профессии пожарник, начиная с 10-й минуты опыта, все звуки воспринимал как сцену тушения пожара, «слышал», как плакали погорельцы, как ломали ломом стену и заливали огонь водой из рукава. От волнения больной во время опыта охрип, потерял голос.

ИССЛЕДОВАНИЕ СЕНСОМОТОРНОЙ СФЕРЫ 45

Одна из больных в звоне стекла узнала церковные колокола и, опустившись на колени, проникновенно молилась. Другой больной принял шелест бумаги за стрельбу пулемета, кричал, командовал. В тихом звуке всхлипывания очень многие узнавали голоса своих близких; волнуясь, требовали немедленного свидания с ними.

Возникшие у этих больных истерией по ассоциации воспо­минания о каких-либо ситуациях прошлого, профессиональных, военных или бытовых сценах становились для них актуальными переживаниями. Эти переживания охватывали их настолько, что все последующие звуковые раздражители не могли быть расценены ими объективно, а как бы «подтягивались», искаженно восприни­мались в плане овладевших ими образных представлений. По­гружение больных в эту воображаемую ситуацию иногда достига­лось путем некоторого самовзвинчивания, иногда происходило по типу грез, но внешние двигательные и мимические проявления больных, их интонации, смех, слезы и возгласы свидетельствовали об известной глубине и целостности этих включений. Характе­ристика звуков, которую продолжали давать больные, носила иллюзорный характер. Иногда наряду с иллюзорными искажениями звуков наблюдались также включения дополнительных ложных восприятий, для которых трудно было найти какую-либо основу в реальном составе звуковых раздражителей, но которые вытекали из содержания переживаемой ситуации в целом.

Несмотря на крайне мимолетный, нестойкий и неразвернутый характер описанных состояний, они все же могут быть рассмат­риваемы как экспериментально спровоцированные слуховые иллюзии, связанные с погружением в воображаемую ситуацию. Если искать аналогию этим состояниям в клинических формах нарушений сознания, то они ближе всего к состоянию так назы­ваемого истерического транса или делирия. Они несколько напо­минают также описанные В. П. Сербским под названием скоро­преходящих психозов истеричные состояния без припадков, но со «своеобразным расчленением сознания», благодаря которому, как пишет Сербский, «действительные восприятия переплетаются самым странным образом с бредом».

Для понимания того, как происходит включение истериков в воображаемую ситуацию, важны данные А. А. Ухтомского о принципе доминанты, ее инерции и о различии двух путей вос­становления доминанты. Он указывает (описывая в этом месте доминирующие переживания человека), что доминанта может восстанавливаться и возобновляться двумя разными путями; пер-


46
ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНЫЕ МЕТОДИКИ ПАТОПСИХОЛОГИИ

вый путь — кортикальный, это ассоциация, благодаря которой прежнее переживание повторяется как более или менее мимолетное воспоминание и уходит; второй путь, когда прежнее переживание возникает, выражаясь словами Ухтомского, во всей соматической констелляции, т. е. сопровождаясь сосудистыми, секреторными и прочими целостными телесными компонентами. Воспоминание, мысль о пережитом или даже представление о нем становится в этих случаях повторным чувственным переживанием. Этот второй путь наблюдался, видимо, и в наших опытах. Слушая разнообразные нейтральные звуки, больные-истерики как бы отбирают среди них те, которые ассоциируются с личными переживаниями и мечтами, затем с легкостью включаются в переживание воображаемой ситуации не только мыслью, но всеми своими чувствами, движе­ниями и т. д.

Ассоциации по впечатлению, минуя сознательный контроль, реализуются в действиях. Вместо анализа и синтеза объективных звуковых раздражителей появляется иллюзорная переработка их.

Эти наблюдения подтверждают факты, известные давно. Особенностью их является, однако, то, что они вызываются экспериментально.

Именно в экспериментальной ситуации можно было с секундомером в руках измерять длительность подобных состояний, глубину погружения больных в эти состояния, наблюдать двойную ориентировку больных, изучать возможность преодоления иллю­зорных состояний.

У больных во время депрессивных состояний на фоне сосудистой патологии выявлялась невозможность различения предметного источника звуков при нормальном слухе. Больные описывали слышимые звуки, правильно указывали, что звук стал тише или прекратился, но не могли узнать его. Эта невозможность узнать звук особенно ярко выступала в конце опыта, когда изредка звучали совершенно отчетливые звуки кашля, шепота и всхли­пывания.

Следующее наблюдение относилось к больным, у которых до исследования клиницистами констатировался галлюцинаторно-параноидный синдром (реактивного происхождения). У этих боль­ных в процессе прислушивания к звукам наблюдалось чередование правильного их восприятия с искаженным, преимущественно с вкраплением вербальных галлюцинаций.

Так, например, больная во время исследования сначала объективно характеризовала звуки, а затем при звуках перелистывания страниц

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   22

перейти в каталог файлов
связь с админом