Главная страница
qrcode

Опыт комментария к эзотерическому преданию восточной церкви


НазваниеОпыт комментария к эзотерическому преданию восточной церкви
АнкорB Muravyov Gnozis t 3.doc
Дата03.10.2017
Размер1.41 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаB_Muravyov_Gnozis_t_3.doc
ТипДокументы
#18264
страница2 из 15
Каталог
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

 ОТ АВТОРА

(1)

Во все поворотные моменты истории на первый план выходит проблема Человека. По этой причине становится очевидным, что в то переходное время, в которое нам случилось жить, когда на смену подходящему к концу Циклу Сына приходит Цикл Святого Духа, существует огромная потребность в новом Человеке — сильном и просветленном, способном разрешить две величайшие задачи, от решения которых зависит будущее человечества. Первая из этих задач состоит в том, чтобы сделать рациональным и эффективным устройство человеческого общества в планетарном масштабе, вторая же заключается в создании условий, максимально благоприятствующих тем, кто стремится развивать свою Личность и удостоиться таким образом Второго Рождения.

Эти задачи, взаимосвязанность которых самоочевидна, уже обсуждались в первых двух томах настоящего сочинения. Прилежный читатель, изучивший различные аспекты Гнозиса и уразумевший их суть, имел возможность понять всю важность этих проблем. Ниже мы продвинемся в этом направлении, рассмотрев, во-первых, проблему рационализации в эзотерическом понимании политического, экономического и социального устройства человеческого общества. Такая рационализация призвана служить предпосылкой всеобщего Воскресения, то есть обретения всеми душами, сущими на нашей планете, телесной оболочки. Кроме того, мы рассмотрим, каким образом учение Гнозиса может способствовать воспитанию человеческой элиты — мужчин и женщин нового типа. Такая элита будет образована из представителей всех известных в истории типов цивилизаций и их подразделений.

(2)

Несмотря на неудачу, которую потерпели Иоанн Креститель и Иисус Христос, несмотря на последовавшие за этим двадцать веков нетерпимости, жестокости, глупости и массового безумия, человечество — благодаря отнюдь

не собственному желанию, но природе вещей — все же приходит к своему единству. Нам, однако, представляется, что это многообещающее единство может быть достигнуто и укреплено лишь при наличии рационального и гармоничного мироустройства. Построение же такового потребует в высшей степени умелых зодчих.

Лишь миропорядок, основанный на эзотерическом знании, может дать Правителя, достойного завтрашнего дня, человека, способного противостоять проблемам, порождаемым устройством жизни в Эпоху энергетического изобилия, Эпоху, когда человек станет свободным от преклонения перед трудом, который играет сегодня роль предохранительного клапана, спасающего человечество от безумия.

Иными словами, для того, чтобы вернуть инициативу, которую человечество уступило созданной им Машине, оно должно произвести на свет новую аристократию, Аристократию духа и служения, подобно тому, как некогда интеллигенция заняла место пришедшего в упадок средневекового рыцарства.

(3)

Решение проблемы Человечества вплотную связано с успехом в решении проблемы отдельного Человека. Соответственно этому мы и будем строить изучение эзотерического цикла Гнозиса.

Это означает, что мы направим свои усилия на практическое применение эзотерического Знания, как ради нового Человека, так и ради нового Человечества в целом. Наша цель — помочь тем, кто расположен к такого рода деятельности, кто горит желанием обрести Второе Рождение. Усвоив должным образом экзотерический и мезотерический циклы Традиции, они должны чувствовать в себе готовность радостно служить Делу и подчинять все свои личные интересы такому служению. Последнее условие совершенно необходимо: ученик, не соответствующий ему, не продвинется в эзотерической области, но окажется замкнут в порочном круге, исполненном опасностей.

Гореть и Служить— вот девиз Рыцарей Новой Эры. Он должен быть огненными буквами запечатлен в их сердцах и ни на миг не покидать их сознания.

(4)

Следует подчеркнуть, что в конце, когда произойдет всеобщее Воскресение, элита человечества будет образована из пар полярных существ.

В Переходный Период Гнозис, разумеется, призван разрешить проблему Нового Человека, способствуя постепенному замещению обычного для предыдущего Цикла свободного романа романом единственно возможным и устранению всех пережитков полигамии.

Проблема человека, таким образом, приводит нас к реализации Андрогина как нормы общежития, поскольку андрогинное сознание и соответствующий образ жизни являются высшим состоянием человеческого бытия, венчающим усилия последователей Традиции при обретении ими Второго Рождения.

В настоящем Введении будут предложены некие правила, которые позволят нам определить необходимый подход ученика к излагаемому ниже эзотерическому учению и к подразумеваемой им практической деятельности. Они помогут тем, кто готов к овладению знанием этого уровня, более адекватно оценивать свои возможности и обрести уверенность в том, что они вступили на этот путь сознательно, ибо им не стоит взваливать на себя непосильный груз, чреватый последующим отступлением и риском утратить душевное равновесие.

(5)

Эти общие правила продиктованы самой сущностью той работы, которую предполагает реализация эзотерического цикла Гнозиса. В случае успеха ее результатом становится Посвящение, знаменующее начало глубокого духовного преображения ученика, впервые призванного к тому, чтобы отложить прежний образ жизни ветхого человека (Еф 4: 22) и облечься в нового человека (Еф 4: 24).

Опасность утраты душевного равновесия имеет своей причиной недостаточную вовлеченность в Работу или недостаток воли: иными словами, чаще всего это случается с учеником, который, избавившись от ветхого человека, еще не облекся в нового. Последнее может явиться результатом как переоценки учеником своих сил, так и некомпетентности учителя, которая иногда сопровождается отсутствием настойчивости1 .

Нижеследующие наставления даются с точки зрения не мирских побуждений и соображений, но человека совершенного2, уже принадлежащего, по крайней мере в принципе и по духу, к новому миру.

1  См. т. I, гл. VI, §§ 7—8; т. II, гл. XVI, § 7.

2  1 Кор 2: 6, Флп 3; 15, Кол 1: 28; 4: 12, ИакЗ: 2,1Ин2: 5; сочинения Климента, Евсевия, Оригена, Иренея и др.

(6)

Первое, о чем должен помнить возжелавший посвящения в единственно возможный роман, связано с терпением.

В эзотерическом плане терпение и настойчивость измеряются не годами, но десятилетиями, а то и жизнями — в различных воплощениях.

Важно понимать, что эзотерическая практика весьма и весьма отличается от наших обычных о ней представлений. Повторяю: никто не сможет обрести истинную, животворящую, объективную Любовь без коренного переустройства своей Личности и ее «психологии». Обрести же ее в подлунном мире во всей ее животворящей полноте возможно лишь при втором Рождении благодаря непрестанным осознанным усилиям на благо Дела.

Путь обретения такой Любви указан нам самой Любовью. Мы должны всегда помнить о следующей непреложной истине: Вера, Надежда и Знание (Гнозис) суть последовательные стадии обретения Откровения Любви.

При недостатке, не говоря уже об отсутствии какого-либо из этих компонентов на той или иной стадии, он не может быть восполнен на следующей. Иными словами, без Веры в сердце невозможно обрести Надежду (в эзотерическом понимании), без Веры же и Надежды останется навеки недоступным Гно-зис, живое Знание, приводящее в конце концов к Любви1. Наконец, необходимо знать, что Вера, Надежда и Гнозис вместе образуют то, что Традиция именует рыцарской Любовью.

Рыцарская Любовь является, таким образом, предпосылкой объективной Любви.

1 Т. II, гл. VI, §§ 1— 3.

(7)

Будучи лишенной Гнозиса, человеческая любовь, даже включающая в себя Веру и Надежду, не может достичь уровня рыцарской Любви. Это объясняется тем, что пустота, образующаяся из-за отсутствия Гнозиса в Абсолюте II, тут же заполняется Абсолютом III. Такое вмешательство нормально и желанно для большинства людей, но совершенно не подходит тому, кто стремится постичь тайное учение: как правило, оно ведет к супружескому союзу со всеми его заботами и «условностями» и уводит несовершенного ученика в сторону, вовлекая его в порочный круг. Что же касается внебрачных связей, не дающих Абсолюту III такой же гарантии стабильности, как брак, то они провоцируют еще более сильное вмешательство, принимающее самые различные формы.

Рыцарская Любовь — это raison d'еetre 1пары полярных существ, Рыцаря и Дамы его Мечты. Без такой Любви их полярность остается духовно бесплодной, и они оказываются возвращены в обычное состояние. Практика же ее требует жертв и «подвигов». Они суть испытание. Для тех, кто его проходит, Гнозис оказывается благотворен вдвойне: обогащенное опытом, теоретическое знание становится знанием живым.

1 Смысл существования (фр.).

В Средние века Рыцарь и его Дама, полагавшие себя духовным ЦЕЛЫМ — полярными существами, по нашей терминологии, — не вступали в брак. Наоборот, они расставались, сознавая риск того, что никогда более не встретятся, и зная, что, случись им не пройти испытания, их любовь выродится, утратив свое значение и чудесную силу. Они знали, что, расставаясь для совершения подвига, они сохраняют шансы на успех, преждевременный же брак совершенно лишил бы их таковых.

Сегодня, как и в былые времена, рыцарская Любовь остается, по определению, необходимым условием обретения предполагаемой полярной парой животворящей Любви, каковая суть наш Господь.

Из этого правила нет исключений: оно применимо ко всем, начиная с полярной пары юных и чистых существ, и в еще большей степени — к встретившимся в зрелом возрасте, когда жизнь каждого отягощена грузом кармы. В таких случаях первая из необходимых жертв — это отказ от плотской связи, первый же подвиг состоит в методичном освобождении от упомянутого кармического груза, памятуя о том, что составляющие его большие и малые «гордиевы узлы» должны быть развязаны, но не разрублены.

Если предполагаемые полярные существа с энтузиазмом выполнят некоторую полезную для Дела эзотерическую работу в одном направлении, наступит момент, когда они очистятся. Став рыцарской, их Любовь обретет всю свою объективную силу, и, благодаря обретенной таким образом чистоте, они наконец уверятся в реальности своей до сих пор интуитивно ощущавшейся полярности. На этой стадии ошибиться невозможно.

В этот момент Второе Рождение навеки объединит их в животворящей Любви и смерть, окончательно побежденная таким образом, уже не будет восприниматься ими как катастрофа.

(8)

Любовь Рыцаря и Дамы его Мечты тут же поднимет обоих на четвертую ступень Лестницы, где подвиги и жертвы ускорят их продвижение вперед, при том лишь условии, что успешно усвоенный ими Гнозис принесет свои плоды. Необходимое для этой цели время будет им дано, однако оставаться на четвертой ступени они смогут, лишь пылая Любовью. В противном случае, несмотря на многообещающее начало, желаемая цель останется недостижимой. Если же их работа окажется сколько-нибудь успешной, они увидят, что по мере восхождения на четвертую ступень их Любовь одновременно изменит свое местоположение в их физических, психических и духовных телах.

Чтобы помочь тому, кто пожелает усвоить третий том Гнозиса, мы еще раз повторим, что рыцарская Любовь может быть эффективной лишь будучи основана на пережитом Гнозисе, ибо лишь обретенный посредством опыта, проникший в сердце Гнозис, Гнозис, объединенный с Надеждой, зиждящейся на Вере, способен обеспечить Рыцарю проницательность, которая защитит его от блужданий в дремучем лесу чисто человеческих мыслей и чувств.

Сказав так, мы не должны забывать, что рыцарская Любовь — обычный атрибут Рыцаря и Дамы его Мечты, то есть предполагаемых полярных существ. В то же время она является сущностью и инструментом Пятого Пути — возвышенного эзотерического пути, который в условиях этого мира даст такой паре возможность достичь состояния, характерного для мира грядущего, приближающегося Царства Небесного, и с самого момента своей встречи жить на этой земле как Ангелы на небесах (Мк 12: 25).

Это поистине подвиг, и не всякому дано достичь в этом успеха. Однако Пятый Путь ни в коей мере не исключает остальных четырех Путей, описанных в предыдущих томах Гнозиса. Величайшая ошибка, неизбежно ведущая к неудаче в эзотерической (и не только) области, — предпринимать нечто выходящее за пределы человеческих возможностей. Традиция, как явствует из сказанного ранее, вполне определенно предостерегает нас от этого. Такая переоценка своих возможностей — расхожая ловушка Всеобщего Закона, в которую довольно часто попадают люди, обладающие в целом прочной верой, успешно следовавшие одному из четырех остальных Путей, не требующих от ученика тут же проходить Испытание Огнем.

Именно это имел в виду св. Павел, сказав: «...выдающий замуж свою девицу поступает хорошо; а не выдающий поступает лучше» (I Кор 7:38). Это «поступает лучше» полагается в Традиции одним из упоминаний св. Павла о Пятом Пути.

(10)

Неоднократно упомянув об особой важности в эзотеризме животворящей силы рыцарской Любви, мы обязаны, в заключение настоящего предисловия, обратить внимание читателя на важность эзотерической роли пар тех существ, которые хотя и не являются полностью полярными, но искренне следуют одному из первых четырех Путей:

1. В индивидуальном плане они способствуют росту и развитию своей Личности;

2. В более общем плане они, посредством деторождения, способствуют созданию условий, необходимых для всеобщего Воскресения.

Так как общий Закон сильнее их, они должны избегать бросать ему вызов, дабы не спровоцировать преждевременное Испытание Огнем.

Это к ним обращены слова апостола: «Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим» (I Кор 7: 5).

 

Часть 1 ПУТЬ

ГЛАВА 1 

Проблема организации человеческого общества, рациональной и эффективной в планетарном масштабе, является в наши дни одной из наиболее насущных; завтра же она станет неотложной. Несмотря на это, никто до сих пор не предложил каких-либо мало-мальски реальных путей ее разрешения. Правительства и университеты смотрят на нее сквозь пальцы, пресса же и вовсе игнорирует.

Благодаря эволюции человеческого общества эта проблема будоражит наши умы, невзирая на отсутствие по этому поводу инициативы власть предержащих; день ото дня темпы этой эволюции растут, способствуя тому, что нормы прежних веков становятся сегодня архаизмом.

В первых двух томах мы не раз обращали внимание читателя на отставание духовного прогресса человека в сравнении с прогрессом техническим. Теперь уже нет недостатка в материальных средствах, призванных упорядочивать политическую, социальную и экономическую жизнь человечества. В чем мы, однако, испытываем недостаток, так это в понимании истинной подоплеки происходящего.

Затевая разговор о проблеме нового Человека, мы надеялись — и продолжаем надеяться, — что такие люди появятся во всех видах человеческой деятельности. Существует огромная потребность в том, чтобы они заняли место государственных деятелей старой школы, не обладающих духовными средствами — знаниями и опытом, — необходимыми для удовлетворения тех нужд, что характерны для нынешнего переходного времени. Ситуация, подобная той, что имеет место сегодня, способна стать мощным тормозом естественной эволюции людей и вещей и в конце концов поставить под угрозу самое существование рода человеческого1.

1 Срв. II Петр 3:7.

На сегодняшний день политики старой школы предоставили нам исчерпывающие доказательства своей неспособности рационализировать и сбалансировать жизнь человечества как единого целого, иными словами, превратить разношерстную массу людей и государств в однородный организм.

Столь категорическое суждение порождено, разумеется, отнюдь не критикой ради критики. Несомненно, существуют определенные политические деятели, ответственные за международные отношения, которые способны внести ощутимый личный вклад в решение поднятой нами проблемы. Однако возложенный на них груз ответственности не позволяет им прибегать к рискованным новшествам. Следует помнить, что они все же министры, а не пророки. Поэтому мы далеки от того, чтобы предъявлять им слишком серьезные претензии, ибо нельзя не признать, что в той области, о которой идет речь, на их пути стоит такое непреодолимое препятствие, как необходимость двигаться в русле политики своих правительств.

Как бы там ни было, вышеприведенные соображения по сути ничего не меняют, так как проблема все же существует и требует своего незамедлительного решения. Следует вместе с тем подчеркнуть, что технические средства, с помощью которых такое разрешение возможно, также существуют уже сегодня, а недостающие появятся достаточно вскоре. Куда более серьезна нехватка творческого воображения и смелости, необходимых не в меньшей степени, чем средства материальные.

Между тем человеческое общество, терзаемое взаимными подозрениями, продолжает жить в зыбком равновесии, поддерживаемом страхом. Это вынуждает его ради обеспечения своей безопасности направлять все силы на деструктивные действия.

Нынешним правительствам недостает прежде всего глобального сознания, способного объединить индивидуальные сознания наций и государств. Они представляют собой проявления конкретных культурно-исторических типов цивилизаций1.

1 Срв. т. II, гл. XIII.

(2)

По своей значимости нынешнюю ситуацию в мире можно сравнить с той, что имела место в переходный период между Средневековьем и Новым временем. Этот период характеризовался постепенным приходом на смену феодальному местничеству национального самосознания, объединяющей силы, действовавшей в пределах Государства. Этому политическому процессу была в свое время посвящена другая наша работа, озаглавленная Проблема надгосударственной власти2. Читатели, желающие глубже изучить данный вопрос, а также вопрос о роли, которую должна играть Организация Объединенных Наций, могут обратиться к ней. Здесь же мы лишь позволим себе напомнить, что в Европе переход от феодализма к централизованному национальному государству был осуществлен не силами Совета Баронов и Графов, — своего рода ООН в миниатюре, — а благодаря национальному самосознанию. Тогдашние новые Люди, обладавшие неведомым прежде государственным сознанием, оказались способны завершить тот переходной период, заложив основы современного государства. Во Франции главным вдохновителем этого процесса был Ришелье, в России эта заслуга принадлежит в основном Иоанну III и Иоанну Грозному. Когда же нация оказывалась неспособна породить государственного Деятеля, обладающего современным национальным сознанием, способного искоренить присущий удельным князькам дух сепаратизма, государство обычно рушилось, несмотря на видимое процветание отдельных его элементов. В качестве примера здесь можно привести Польшу с ее высоким уровнем индивидуальной культуры, характерным для тамошней аристократии. Так же и Древняя Греция, создав множество мелких объединений, так и не смогла прийти к единому Государству наподобие Римской империи.

2 Boris Mouravieff, Leprobleme de I'autorite super-etatique, Paris-Neuchatel, La Baconniere, 1950.

 

(3)

История знает лишь два способа осуществления политического объединения — империализм и федерализм. В наши дни невозможно всерьез говорить о применении первого метода, однако ничто не препятствует рациональному и органичному объединению рода человеческого на основе мировой федерации.

Часто можно услышать, что для создания федерации требуется федералист. Эта фраза звучит красиво, однако не может претендовать на роль универсальной истины, да и вовсе лишена какого-либо реального смысла, если только не понимать слово «федералист» в коллективном смысле либо же считать, что она апеллирует к пророкам, а не министрам, то есть к Индивидуальностям, а не просто Личностям.

Коллегия Пророков, обладающих объективным сознанием, искушенных в Умении1 и наделенных духовными качествами, которыми обделены даже наиболее одаренные и культурные Личности, могла бы направить усилия человечества на рациональную организацию в общемировом масштабе.

Savoir-Faire.

(4)

Как мы уже подчеркивали, аналогичность, особенно в изучаемой нами области, не есть подобие. Однако нам еще предстоит выяснить, сможем ли мы, принимая во внимание вышеприведенные соображения, отыскать лишенную обычного лицемерия и несбыточных фантазий формулу, способную обеспечить органичное сосуществование народов и государств на всей планете и гарантировать прочный мир, в котором каждому было бы воздано ему причитающееся.

Нации, как и отдельные личности, требуют свободы: нечего и говорить, что без свободы никто не может жить в полном смысле этого слова, не может развиваться в мире и с достоинством.

Переход от феодализма к современному Государству, увенчанный Французской революцией 1789 года, был осуществлен под знаменем идей, выраженных завоевавшей мир тройственной формулой Свобода, Равенство, Братство.

Однако сегодня, каким бы странным на первый взгляд это ни показалось, такая формула представляется архаизмом: после многих лет пребывания в зените славы, когда она зажигала сердца и пробуждала людские страсти, теперь она превратилась в собственную выхолощенную тень, неспособную порождать прежний энтузиазм.

Чтобы лучше понять этот феномен, рассмотрим конкретные исторические значения входящих в эту формулу терминов и определим, к чему они в конце концов привели человеческое общество.

Идея свободы, прежде всего, обычно рассматривается с правовой точки зрения, а это значит, что люди воспринимают ее как право. Овладев умами в 1879 году и столкнувшись с сопротивлением консерваторов, она тут же приняла характер требования, выдвигаемого с оружием в руках. С тех пор, дарованная или же завоеванная, свобода, ограниченная рамками закона или договоров и соглашений, стала всеобщим достоянием.

(5)

Свобода в известном нам виде не раз становилась мишенью для критики. Так, утверждается, что «свободные» люди чаще всего лишены средств реализации данных им прав. В результате сами права теряют смысл и становятся не более чем теоретическим понятием. Это, по сути, свобода для немногих избранных, иными словами, возврат к аристократической или олигархической основе под демократической вывеской.

Также говорят, что принцип Равенства чисто умозрителен, так как Природа во всех своих проявлениях обнаруживает диаметрально противоположный принцип, применимый и к роду человеческому, — принцип неравенства. В реальности провозглашенное равенство сводится, в сущности, к равенству граждан перед законом, хотя и здесь факты не всегда вписываются в теорию.

Разумеется, было бы абсурдным рассчитывать на что-либо совершенное в нашем несовершенном мире, так что, коль скоро все, в том числе и идеи, подвержено изменению во времени, более реалистичным было бы искать не совершенство, а преходящие ценности.

Свобода, Равенство, Братство суть боевой клич. В качестве формулы они в основном способствовали переходу к Новому времени, но по мере происходящей на наших глазах деколонизации такая формула становится все менее актуальной и утрачивает, следовательно, свое историческое значение.

Нынешняя ситуация требует новой формулы — призыва не к войне, а к рациональному устройству жизни на основе уже успешно завоеванной свободы. В такой перспективе лозунг Свобода, Равенство, Братство представляется устаревшим и даже нелогичным. Сегодня, как и вчера, слово Свобода имеет агрессивный оттенок, Равенство шатко, а Братство окружено помпезными декларациями. Это не означает, однако, что рассматриваемый лозунг следует сдать в архив. Наоборот, его можно оживить, и весьма успешно, если переосмыслить его в столь излюбленном в древности и средневековье анаграмматическом духе. Вне всякого сомнения, применительно к настоящему и будущему он будет куда более уместен в качестве лозунга, будучи прочитан в обратном порядке:

Братство, Равенство, Свобода.

Представим себе, что благодаря некоей чудесной процедуре великий принцип Братства станет всеобщей реальностью. Какие последствия это возымеет?

Прежде всего, жестокость во всех ее формах будет отвергнута как аморальная. Братство станет постепенно оказывать целительное влияние на людей и народы, страдающие комплексом превосходства, а равно неполноценности, и несомненно искоренит такой пережиток племенного менталитета, как расовые предубеждения.

Практическое применение принципа Братства не изменит лицо мира в один миг. Аморальность, всяческие злоупотребления законом и властью, безволие и непонимание — эти вечные болезни рода человеческого — будут еще какое-то время иметь место. Но даже если Братство не изменит сразу всего, оно изменит наше отношение к издержкам и слабостям нашей политической, экономической и общественной жизни, так что они станут все более и более редки.

Провозглашение и прославление принципа Братства перестанут быть актами фантазерства, но будут элементами весьма реалистичного предприятия — веления исторической эволюции. При его грамотном и компетентном воплощении этот принцип помешает определенным «силам этого мира» и некоторым промышленникам и финансистам, пекущимся лишь о собственных интересах, ввергнуть человечество в войну. Кроме того, будут заклеймены расовые предрассудки — если некоторые люди умерят свое тщеславие, они перестанут ущемлять достоинство других — и установится естественное равновесие.

Укоренившись в сознании людей и Государств, великий принцип Братства станет лучшей и единственно реальной гарантией Равенства как в национальном, так и в интернациональном плане, в области как социальной, так и политической. Могут ли быть сомнения в том, что Свобода станет логическим следствием такого нового положения вещей?

Представляется, таким образом, очевидным, что первичным элементом в национальных и международной правовых системах должна стать не Свобода, а Братство, благодаря эволюции человеческого сознания образующее краеугольный камень индивидуальной и общественной морали цивилизованных народов.

//

(1)

Все это звучит заманчиво, скажет здравомыслящий читатель, но как осуществить принцип Братства на практике, так чтобы он стал реальной силой по отношению к обычаям людей и государств?

Попытаемся ответить на этот вопрос.

Прежде всего напомним, что мы не намерены заниматься здесь изучением или же обсуждением различных политических теорий, так как, исповедуй мы капиталистические или коммунистические идеи, будь мы «либералами» или «реакционерами», факт остается фактом, что технический прогресс вывел людей из их прежней изоляции: внезапное сужение границ мира, в котором они живут, автоматически подтолкнуло их к объединению.

Неожиданный и до сих пор как следует не осознанный, этот факт влечет за собой новые требования к людям и государствам. Эта угроза грядущего катаклизма требует от человека скорейшей и радикальной переоценки ценностей, в особенности отказа от устаревших воззрений и методов. С этой точки зрения марксизм и капитализм — уже достояние Истории, так как технический прогресс настоятельно требует новых форм сосуществования людей и государств.

По этому поводу мы вновь напомним, что феодальная форма государственного правления пришла к своему концу потому, что национальное сознание оказалось сильнее сознания провинциального, хотя и не уничтожило последнее. Это обстоятельство породило государства, чья центральная власть была достаточно сильной для того, чтобы установить в стране порядок и мир. Уразумев веление времени, гении, подобные Ришелье, предвидели необходимость эволюции элиты и подготовили ее. Этим объясняется то, что Франция пришла к единству лишь в следующем столетии, когда Учредительное собрание отменило феодальные привилегии и провозгласило верховенство нации, разделение законодательной, исполнительной и судебной властей, а также право всех граждан занимать государственные должности и их равенство перед законом.

Порожденные недавно завоеванной и отстоянной Свободой, эти права были не чем иным, как подсознательным выражением Братства, ограниченного рамками нации.

Именно такой процесс трансформации интересует нас теперь.

В настоящее время мы сознаем, что в мировом масштабе элита, собственно говоря, приближается к тому психологическому состоянию, которое можно сравнить с двигавшим в 1789 году депутатами Учредительного собрания. Во всех частях света эти люди элиты самим своим существом чувствуют, что нынешний миропорядок с его наглухо закрытыми границами исполненных недоверия и зависти государств утратил свой raison d'etre.

Священный принцип Братства, который, воздействуя на подсознание людей, некогда преобразовал феодальные государства в национальные, продолжает свою работу. Сегодня, однако, он воздействует на сознание элиты, то есть на более высоком уровне и в международном масштабе.

Тем не менее ООН пока еще не стала органом, способным должным образом проводить этот принцип в жизнь. Действительно, если учесть, с одной стороны, те коренные преобразования, которые происходят в мировом устройстве, а с другой — незначительные изменения в современной системе международного права, которая, казалось бы, должна на эти преобразования откликаться, то станет очевидным разительное несоответствие между структурой и деятельностью ООН и быстротечностью нынешней жизни. Последние события лишь подтверждают этот факт, если считать, что задача ООН не только в том, чтобы перевязывать раны, но и в том, чтобы эффективно предупреждать кровотечения.

Как мы уже говорили, нерасторопность ООН есть прямое следствие некоего глубокого внутреннего противоречия, состоящего в том, что хотя ее резолюции принимаются от имени народов, исполнение их возлагается на их правительства. А это не одно и то же.

(2)

Можно усмотреть определенную аналогию между населением многонационального государства и мира в целом, и из истории таких государств можно почерпнуть рад ценных в этом смысле примеров. Прежде всего, применение самого принципа федерализма может привести — и приводит — к положительным результатам. Наоборот, негативный принцип, согласно которому управлялась в древности Польша, с его свободным вето и конституционным правом начать при определенных условиях гражданскую войну, привел к развалу государства. В определенном смысле такую анархическую разновидность национального режима можно сравнить с имевшим место в прошлом веке положением международного права, полностью признающим «право на завоевание», формулой, анархической по своей сути и основанной на шатком равновесии противоборствующих сил, в любой момент готовых к действию. Понятно, что это положение есть не что иное, как право сильного.

Новая система международного права, предполагаемая Уставом ООН, до сих пор пребывает в зачаточном состоянии и неэффективна. Это объясняется тем, что решения обычно ищутся на межгосударственном, а не надгосударственном уровне — подобно тому, как ради прекращения междоусобной вражды апеллируют к высшей национальной власти.

Если человечество в целом уподобить населению Государства, полагая, что место индивидуума в обоих случаях одно и то же, нельзя будет не признать, что нынешние государства в мировом масштабе аналогичны средневековым ленам. В рамках такого сравнения ООН выступает в роли правительственной организации наподобие воображаемого совета феодальных властителей, не обладающего реальной властью.

Было бы бессмысленно пытаться применить сегодня для объединения человечества принцип империализма, не говоря уже о том, что такая идея влечет за собой создание полицейских государств и разного рода полицейских структур наподобие гестапо. Единственное, что нам остается, — это попытаться определить, при каких условиях мы сможем применить для объединения федералистский принцип. История дает нам в этом отношении целый ряд убедительных примеров, в частности примеров многонациональных государств. Одним из них может служить Швейцарская Конфедерация чьи суверенные кантоны впоследствии образовали федеративное государство; более свежим примером может служить Советский Союз1.

Вопрос, таким образом, состоит в том, способны ли примеры этих федеративных государств, прошедших испытания временем и войнами, вдохновить кого-либо на разрешение проблемы, порожденной недостатками нынешнего мирового правопорядка.

Необходимо отметить, что современная юридическая мысль не ориентирована в этом направлении. Поиск источника власти над отдельными государствами не должен иметь своей целью образование государствоморфной сверхструктуры: это было бы бессмысленно и породило бы только лишь порочный круг. Такой поиск просто должен быть перенесен из внутри- и межгосударственной плоскостей в другую плоскость, связанную с самим источником народовластия — гласом народа.

1 Насильственный федерализм коммунистического Советского Союза привел в конце концов к его распаду; лучшим примером в этом отношении вполне могут служить Соединенные Штаты. — Прим. lad.

///

(1)

Как же возможно практически, не теряя связи с историческими реалиями, увязать все это с общей структурой Организации Объединенных Наций, при условии, что последняя со временем охватит все страны мира? Может ли федеративное устройство вышеупомянутых многонациональных государств быть воспроизведено в мировом масштабе, и если да, то каким образом? Может ли быть внедрена в ООН швейцарская параллельная или российская двухпалатная система? Станет ли в результате ООН более эффективной?

Представляется достаточно очевидным, что образование наряду с нынешней Генеральной Ассамблеей Государств еще одной Генеральной Ассамблеи — Ассамблеи Народов, целью которой будет именно воплощение принципа человеческого Братства, — обновит систему международного права и наделит ее неоспоримой властью. Обладая равными правами и собираясь на сессии в одно время и в одном месте, эти две Палаты образуют высшую Ассамблею Объединенных Наций, подобную швейцарской Федеральной Ассамблее или Верховному Совету СССР.

Это восстановит должное равновесие между традиционалистским принципом, выражаемым Ассамблеей Государств, и инновационным принципом Ассамблеи Народов. Ведь каждая делегация прибывает на нынешнюю Генеральную Ассамблею имея определенный мандат от своего правительства, уклониться от которого она не вправе; участники Генеральной Ассамблеи Народов не будут связаны подобным образом. Возможно, они станут образовывать объединения, но это не будет определяться их принадлежностью к конкретному государству или группе государств. В международном плане подобная Ассамблея станет, таким образом, истинным выразителем общемирового общественного мнения и принципа человеческого Братства.

Согласно идее такой модернизации, сами по себе обе Ассамблеи ООН смогут, как и сейчас, лишь вносить предложения. Их же совместное решение, принятое на сессии Верховной Ассамблеи Объединенных Наций, будет действительно окончательным.

(2)

Вместе с тем, все межгосударственные различия не могут исчезнуть в одночасье: нужно предоставить Времени сделать свое дело. Начать можно, пожалуй, с созыва на Ассамблею Народов парламентских делегаций, и постепенно прийти к проведению прямых выборов с пропорциональным представительством.

Важно отметить, что в этом случае структура ООН будет соответствовать новому ритму политической и общественной жизни, отличающемуся все большим пересечением внутренних и межгосударственных вопросов. Последнее будет сопровождаться ростом влияния экономических и социальных факторов на чисто политические вопросы и вообще взаимосвязи факторов и воздействий, составляющих современную общественную жизнь, как внутри-, так и межгосударственную. Структура, подобная описанной, требует истинной, а не условной или контролируемой Свободы, Свободы, основанной на принципе Братства и процветающей в атмосфере действительного Равенства.

По логике вещей, это единственный способ организации человеческого общества, согласующийся с естественным ходом его исторической эволюции.

(3)

Но даже если этот путь получит единодушное одобрение индивидуумов во всем мире, представляется маловероятным, что наша формула может быть проведена в жизнь при нынешнем международном устройстве. Правительства, даже те, что образованы в результате политических или социальных революций, всегда консервативны. Так что у нас есть определенные сомнения насчет того, что Генеральная Ассамблея ООН, ассамблея всех государств, рискнет изменить в этом отношении Устав Организации в соответствии с процедурой, определяемой его 109-й статьей. Следует признать, что подобная осторожность в определенном смысле понятна, поскольку экстремистские тенденции в первой Ассамблее Народов могут не то что не снизить нынешнюю международную напряженность, а наоборот, обострить ее и привести к взрыву.

Сам по себе высокий уровень интеллектуальной культуры, даже подкрепленный обширным опытом, еще не есть гарантия контроля над ситуацией. Успех рассмотренных преобразований может быть достигнут лишь на основе Любви, в особенности, любви к своим собратьям — того, что незнакомо людям, доселе не вполне понимающим, что значит любить своего ближнего.

Именно поэтому политики старой школы не смогут даже начать об этом разговор. Новая международная политика может быть проведена в жизнь только Новыми Людьми — упомянутыми в начале этой главы Пророками. Но прежде необходимо наметить цель и указать путь Спасения.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   15

перейти в каталог файлов


связь с админом