Главная страница
qrcode

Григорий Дашевский - Теории Рене Жирара. Вы боитесь летать на самолете


НазваниеВы боитесь летать на самолете
АнкорГригорий Дашевский - Теории Рене Жирара.pdf
Дата01.11.2017
Размер1.14 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаGrigoriy_Dashevskiy_-_Teorii_Rene_Zhirara.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#32123
Каталог

06.11.2015
Ъ­Газета ­ Теории Рене Жирара http://www.kommersant.ru/doc/132853 1/3
Ъ­ФОТОАРХИВ | РЕГИОНЫ
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
KOMMERSANT.RU
ГАЗЕТА «Ъ»
ПРИЛОЖЕНИЯ
ВЛАСТЬ
ДЕНЬГИ
ОГОНЁК
WEEKEND
АВТОПИЛОТ
НАУКА
КАТАЛОГ
МОСКВА, 0...+3 06 НОЯБРЯ, ПЯТНИЦА
16:48 16:47 16:37 16:34 16:23 16:11 16:04 15:59 15:54 15:45
Сбербанк предупредил о временных ограничениях операций по картам
Владимир Путин утвердил концепцию русской школы за рубежом
В отношении мэра Великого
Новгорода заведено второе уголовное дело
Дмитрий Медведев присудил премии правительства в области науки и техники
Латвия прекращает полеты в
Шарм­эш­Шейх
Правительство одобрило законопроект об увеличении срока давности по экономическим преступлениям
Главный редактор Charlie Hebdo в ответ на критику Кремля:
понятие кощунства не имеет для нас значения
Рособрнадзор приостановил аккредитацию десяти вузов
Первые планшет и электронный учебник российского производства могут появиться в
2016 году
Московская и Шанхайская биржи подписали меморандум о взаимопонимании все новости опрос

Вы боитесь летать на самолете?
18.05.1996
Культура
Номер 081 от 18­05­96
Полоса 014
Теории Рене Жирара
Несовременный философ
Французский колледж при МГУ предполагал завершить семестр эффектным жестом: приглашением с циклом лекций Рене Жирара —
одного из крупнейших французских философов. Однако визит мэтра в
Москву неожиданно перенесся на неопределенный срок. Рене Жирару принадлежит одна из самых интересных в XX веке теорий происхождения человека и религии, с которой российская публика практически не знакома — книги Жирара до сих пор не переведены на русский язык. В
надежде, что философ все же выступит перед московской аудиторией, Ъ
предлагает своим читателям совершить первое знакомство с работами
Жирара — о них рассказывает критик ГРИГОРИЙ ДАШЕВСКИЙ.
Первую часть теории — концепцию "миметического (подражательного)
делания" — Жирар сформулировал в книге "Ложь романтизма и правда романа". Суть идеи в следующем: человек неспособен к самостоятельным деланиям и хочет только того, чего захотел уже кто­то другой. История европейского романа — это история отношений между человеком, образцом для подражания и тем объектом, который указан образцом как желанный. Дон­
Кихот подражает книжному рыцарю Амадису Галльскому, Жюльен Сорель —
Наполеону, снобы у Пруста — высшему свету, персонажи Достоевского — чуть ли не первому встречному. Модель для подражания переходит из мира книг,
исторических биографий и прочего в непосредственное соседство с субъектом.
А чем реальнее и ближе образец, тем вероятнее, что между ним и подражающим возникнет соперничество. Из идеала образец превращается в преграду на пути к желанному объекту.
"Образец­преграда" — важнейшее понятие теории Жирара. Самый простой пример — его интерпретация фрейдовского "эдипова комплекса": по
Жирару, ребенок не потому видит в отце врага, что влюблен в мать, а наоборот, подражает отцу в его любви к матери; для Фрейда первично влечение, для Жирара — подражание, которое только и создает влечение.
Одним словом, ревность идет раньше любви. Пределом такого отношения будет полный перенос желаний с объекта на сам образец — таким переносом
Жирар объясняет и современный гомосексуализм, и ритуальный каннибализм.
"В обоих случаях инстинктивное влечение отрывается от объекта (то есть женщины или пищи), за который люди спорят, и сосредоточивается на том или на тех, с кем мы за него спорим".
Почему именно человек Нового времени оказывается в полной власти этого "миметизма"? Потому что все традиционные общества построены на строгой системе правил и запретов, цель которых — свести к минимуму (а еще лучше — к нулю) число объектов, за которые возможно соперничество между членами одной и той же группы: тебе положено это, другому — то. А главная идея современной цивилизации (и этим она уникальна) — каждый имеет право на все. С другой стороны, в традиционных обществах те же самые запреты служат тому, чтобы "хороший миметизм" (на котором строится любое обучение) не перешел в "дурной", то есть в соперничество: ребенок или ученик знают, каким действиям старшего они имеют право подражать, а каким нет. В
современном обществе запрещенным к подражанию (хотя бы на словах)
действием старших остается едва ли не одно курение.
Откуда взялись эти запреты и почему они исчезают? На первый вопрос ответила книга "Насилие и священное", на второй — "Сокровенное от создания мира".
В "Насилии и священном" Жирар предлагает теорию происхождения религии. Сводится она к следующему: главная угроза для любого человеческого сообщества — это внутренние распри. Возникают они неизбежно именно из­за постоянного подражания, переходящего в соперничество. Первобытное племя, пораженное междоусобицей, оказывается
Что мы знаем о лисе
Анна Наринская о книге Михаила Зыгаря «Вся кремлевская рать»

Забываете ли вы новости?
Проверьте, насколько хорошо вы помните, какие события произошли в октябре
«Оттого у нас нередки отпадения от
Православия»
Что русских националистов не устраивало в Русской православной церкви
Валютный рынок. Прогноз на 6 ноября
Мнения аналитиков о том, как будут меняться курсы доллара и евро
Совпадение Берлинской стены
Дни решающего выбора в истории разных стран
$ 63,40
€ 68,82
RTS 874,40
DJIA 17863,43
Поиск по сайту коротко
Ре кл ам а
ЗА
О
«
Д
он
­С
тр ой
И
нв ес т»
П
ро ек тн ая д
ек ла ра ци я на с
ай те w
w w
.d on st ro y.
co m
подробно наглядно
Фото дня: 5 ноября
|
|
|
|
|
|
|
|
СТРАНА
МИР
БИЗНЕС
ЭКОНОМИКА
КУЛЬТУРА
СПОРТ

06.11.2015
Ъ­Газета ­ Теории Рене Жирара http://www.kommersant.ru/doc/132853 2/3
Ответить
|
Архив опросов
ПЕЧАТЬ
ОБСУДИТЬ соперничество. Первобытное племя, пораженное междоусобицей, оказывается беззащитно перед всеми другими бедами: болезнями, неурожаями,
нападением врагов и т. д., все эти внешние катастрофы регулярно служат метафорами катастрофы внутренней. Что могло от нее спасти, когда она происходила? По Жирару, только одно — мгновенное обращение взаимного насилия в насилие единодушное, направленное против кого­то одного, причем выбранного совершенно произвольно. Спонтанный суд Линча успокаивал страсти, возвращались мир и, следовательно, шансы выжить. Этот переход должен был казаться необъяснимым, и случайная жертва неизбежно приобретала черты главного распорядителя всей операции: она привела племя к гибели и от нее спасла. Следы этого вполне реального события,
лежащего в основании всех выживших сообществ, Жирар находит в множестве мифов и ритуалов во всех частях света.
Процедура оказалась спасительной — поэтому ее надо повторять. Но при каждой опасности убивать "одного из нас" невозможно, и прежде всего потому,
что это приведет к новой вспышке насилия. Где же выход? Возникает жертвоприношение, которое Жирар определяет как воспроизведение первоначального самосуда, с заменой первой — "такой же, как мы" — жертвы на существо, за которое не будут мстить, которое одновременно похоже и не похоже на нас.
Отсюда ведут происхождение все ритуалы и установления, в том числе приручение животных. "Люди не могли вдруг взять и решить: давайте обращаться с предками лошади и коровы так, будто они уже приручены...
Чтобы обеспечить будущее приручение, нужен был непосредственный и настоятельный мотив. Только жертвоприношение могло его предоставить...
Чтобы жертва стала похожа на членов сообщества, она должна была пожить среди них". В этот промежуток между выбором жертвы и ее убийством и происходило ее одомашнивание. Таков же, по Жирару, и механизм происхождения "политической власти": первобытному царю позволено то, что запрещено остальным, именно как будущей жертве — представление о власти как о "праве на большее" возникает из этих предсмертных вольностей.
С другой стороны, и вся система запретов и табу направлена на то, чтобы междоусобного насилия избежать, значит, она прежде всего против подражания как источника всех распрей. Отсюда — страх перед зеркалами,
близнецами, изображениями и так далее. А творца всех правил видят в той же самой первоначальной жертве. Таким образом, Жирар выстраивает ряд:
подражание — насилие — самосуд — возникновение религии.
Этот механизм, полагает Жирар, эффективен постольку, поскольку скрыт от людей, поскольку они считают свое собственное насилие исходящим из внешней — священной — силы, которая поэтому и может от него спасти. В
"Насилии и священном" самым ранним разоблачением этого механизма названа греческая трагедия. Например, миф об Эдипе изображает главного героя чудовищем, убившим отца и женившимся на матери, и потому —
причиной поразившей Фив чумы. А трагедия Софокла меняет мифологическую последовательность на истинную: есть чума (образ междоусобицы), и потому требуется жертва, которую можно изобразить монстром — выбор, вполне произвольный, падает на Эдипа.
Книга принесла Жирару мировую славу, и ее влияние заметно во множестве работ по истории религии. Но многие рецензенты задавали вопрос:
почему Жирар ничего не говорит о самой близкой и знакомой религиозной традиции, о христианской? Ответ стал ясен из книги "Сокровенное от создания мира".
В ней Жирар излагает главную часть своей теории: механизм "основополагающей жертвы" — тайный фундамент всех религий мира, кроме христианства. Христианство разоблачает эту тайну: насилие перестает быть священным и становится чисто человеческим. Насилия все больше, но его оправдания и обоснования все менее убедительны, оно все менее эффективно. Поэтому вместо мифов у нас то, что Жирар называет "текстами гонений": например, рассказы в средневековой хронике об эпидемии,
вызванной евреями и прекратившейся после погрома. Их отличие от мифов —
именно в прозрачности для нас: мы понимаем, что были чума и погромы, но жертва была невиновна.
Завершив свою теорию, Жирар потерял популярность. Вместо тотальной критики, которой от него ждали, он предложил апологию христианства и "европоцентризма", то есть перестал быть "современным".
Рене Жирар родился в 1923 году в Авиньоне, учился во Франции, с 1947
года живет в США. Профессор Стэнфордского университета. Автор книг "Ложь романтизма и правда романа" (1961), "Насилие и священное" (1972),
"Сокровенное от создания мира" (1978) и других.
7 0
3 0
Газета "Коммерсантъ"
№81
от 18.05.1996, стр. 14
«За ним ушли эти вежливые и холодные люди»
Ко Дню памяти жертв политических репрессий Weekend составил коллективный дневник 1937 года
Ниша на миллиард
Конкурс для малого и среднего бизнеса от «Ъ» и ВТБ24
партнерские проекты
Зеркало сцены: Мастерская
Петра Фоменко
Триумфы прошлого, главные события настоящего и планы на будущее
«Мастерской Петра Фоменко» — в совместном спецпроекте «Ъ» и ВТБ
все спецпроекты
Да, и ни за что не полечу
Да, но хочу избавиться от аэрофобии
Да, но алкоголь помогает мне преодолеть страх
Только некоторое время после катастроф
Нет

перейти в каталог файлов


связь с админом